Войдя в зал, я обнаружила, что места уже распределены — на тарелках лежали карточки с именами гостей. Столы установили в форме буквы П, в верхней части которой усадили новобрачных и их родителей. А я оказалась довольно далеко от них, между пышной блондинкой средних лет и улыбчивым пожилым мужчиной, который периодически утирал пот со лба и обширной лысины платочком.
Красно-золотой интерьер почти физически давил на мозг, а множество незнакомых людей вокруг только усиливали ощущение. Другие гости время от времени со мной заговаривали, я в ответ кивала и улыбалась, почти не прислушиваясь к словам. И не могла оторвать глаз от молодоженов. Вместе они смотрелись потрясающе — широкоплечий богатырь и красна девица, коса до пояса. Хоть сейчас в социальную рекламу.
— Милые мои дети! — новоиспеченная свекровь постучала вилкой по бокалу и тяжело поднялась, поворачиваясь к молодым, — сегодня вы стали мужем и женой, а я обрела дочь, о которой всегда мечтала. Светочка, я очень рада тому, что ты вступаешь в нашу семью и хочу тебе пожелать в первую очередь терпения, женской мудрости и гибкости. Это очень важно в семейной жизни.
Светочка, насколько я знала, собиралась создавать собственную ячейку общества, а не вступать куда-то, поэтому во время всего спича я наблюдала за ее реакцией. Изольда Михайловна закончила прочувствованную речь и ослепительно улыбалась, благодарно принимая овации, жених выглядел невозмутимо спокойным, а невеста краснела, но молчала, бросая в мою сторону говорящие взгляды. Я отсалютовала ей бокалом и закинула в рот дольку яблока.
Надеюсь, она знает, на что идет, и оценила все перспективы. Виталя всегда казался мне «простым хорошим парнем», этакой каменной стеной, но с его мамой мне до сих пор пересекаться не доводилось. А теперь еще вопрос, кто в этой семье каменная стена. Предчувствие надвигающегося одиночества пугало. За эти шесть лет Света стала мне ближе, чем родная сестра, а теперь она уходит в новую, непонятную мне жизнь, а я остаюсь. Пока мы с подругой играли в гляделки, из-за стола поднялась следующая тостующая.
— Дорогие Светлана и Виталий, поздравляю вас с потрясающим событием — рождением новой семьи! Сегодня — самый счастливый день в вашей жизни! — то ли тетушка жениха, то ли подруга его матери вдохновенно зачитывала поздравление с открытки, а я перестала вслушиваться после первых слов. Если сегодня — самый счастливый день, то что дальше? Мрак и тлен?
Света, в своем белом платье с пышными многослойными юбками, была похожа на зефирку. Или на бумажный кораблик. И бурный поток сейчас тащил этот маленький кораблик вдаль от меня, все дальше, все быстрее. Хотелось вырвать ее из этого окружения и увести, потребовать… Даже не знаю, чего. Остановиться? Задуматься? Сколько там они вместе? Полгода? Я с ней в десять раз дольше! Ну нельзя же доверять человеку, которого знаешь всего полгода! Они даже не жили вместе, редкие ночевки не в счет.
Самопровозглашенная тамада, то ли родственница, то ли еще одна подруга свекрови, наконец вспомнила о гостях со стороны невесты, и, после тостов родителей, вынудила меня толкнуть речь. Сердце бешено колотилось от волнения и выпитого вина, руки терзали несчастный конвертик с купюрами. Конечно, я не готовилась, не покупала открытку со стихами и не искала поздравлений в интернете. Надеялась на экспромт.
Я встала, всматриваясь в фигуру подруги и ощутила, как меняется зрительное восприятие — все вокруг становилось маленьким: столы, люди, дурацкие драконы на стенах, даже мои руки, сжимающие сиреневый картонный прямоугольник стали крошечными. В ушах зашумело, а в голове внезапно стало прохладно и пусто, руки начали мелко подрагивать, и конвертик улетел на пол. Воздух, казалось, загустел, я пыталась, но никак не могла вдохнуть полной грудью. Я словно покинула свое тело и перестала его контролировать.
А потом колючей волной накатил страх. Вот черт, не хватало только грохнуться в обморок и испортить свадьбу. Голова закружилась, и я начала оседать.
Кажется, Света быстрее меня поняла, что происходит. Спустя пару мгновений я сидела на стуле, развернутом спинкой к общему столу, Света держала меня за руки и смотрела в глаза, присев передо мной прямо на пол, не жалея смявшихся юбок.
— Отойдите, сейчас все пройдет, ей просто нужно подышать, — рявкнула она куда-то поверх моего плеча, и продолжила, уже глядя в глаза, — ты же помнишь, что делать, верно? Смотри на меня, сконцентрируйся. Вдыхай глубоко. А теперь ме-е-е-едленно выдыхай. Молодец. Еще раз: вдо-о-ох, вы-ы-ыдох. Я с тобой, все хорошо.
Света гладила меня по рукам и успокаивающе шептала, не обращая внимания ни на гостей, которые без стеснения нас разглядывали и возбужденно переговаривались, ни на жениха, который переминался с ноги на ногу у нее за спиной, не решаясь ни подойти к нам, ни вернуться за стол.
— Прости, солнце, я что-то разволновалась, — минут через пять дар речи ко мне вернулся, — какие там приметы насчет панических атак?
