Томас метался между плитой и досками, и я не могла налюбоваться, какими точными и выверенными движениями он управлялся с огромным ножом. Кто бы его ни учил, он сделал это на славу. Джаспер умудрился сделать огонь на плите настолько слабым, что пламя еле-еле лизало дно сковородки, а овощи тушились так, что я сожалела — никто не видит этот эталонный процесс. Я не считала себя мастером-кулинаром, но приятно было сознавать, что я могу и умею делиться с другими тем, что неплохо освоила сама.
— Теперь это все в бульон, — сказала я, и в этот момент мой взгляд упал на кухонный пол.
Я вздрогнула.
— Это была курица, — виновато пояснил Джаспер. — Я не вытер, простите. Я сейчас.
Я жестом остановила его — не стоило пачкать руки в процессе готовки, но пятно… пятно легло ровно так, как в моей комнате.
— Всегда так? — спросила я, стараясь не выдать своего беспокойства.
— Нет, ваша милость, только когда Томас суется мне под руку, — оправдываясь, пробормотал Джаспер. — Я немало перерезал этих кур… простите, миледи, но мы же на кухне!
Ему совершенно не за что было передо мной извиняться.
Джаспер мальчишка, сказала я себе, и Томас тоже. Они могли бы так пошутить, не подумав, и не держали бы злого умысла в голове. Но зачем бы им это надо? Баловство? Позлить кого-то?
— Вы каждый день режете кур?
— На каждый день никаких кур не хватило бы, ваша милость, да у нас еще половина поросенка есть и теленок, — пожал плечами Джаспер. — Но если вы скажете, зарежем.
Он не отрываясь смотрел на бурлящий суп, в который Томас как раз добавил сварившийся в отдельной кастрюле нут и бросил свежую зелень, а я пыталась понять — причастны они или нет? Была ли это дурацкая шутка?
— Есть его лучше завтра, — растерянно произнесла я. — Когда разольете суп по тарелкам, сбрызните оливковым маслом, посыпьте тертым пармезаном и украсьте базиликом… — Слова вылетали сами собой, думала я категорически не о супе. — Если есть, можно добавить песто…
На кухне много ножей. Заражение крови легко получить, если порезаться непромытым ножом, особенно если им разделывали парное мясо.
— И обязательно попробуйте сами и угостите Алоиза.
Еще есть множество приспособлений, которым можно нанести раны, похожие на следы когтей.
— Он не будет есть, ваша милость, — с досадой пробурчал Томас. — Если бы был уверен, что готовили мы, назло бы взял и вылил, а раз ваша милость готовила с нами, вылить он не посмеет, но есть откажется. Знаете, ваша милость, его выгоняли отовсюду, а милорду он нравится, хотя Алоиз и обижается, что его милость его изыски не очень и ест…
Он шмыгнул в небольшую каморку, где, как я поняла, хранились некоторые запасы.
— Как вы приехали, миледи, у нас тут кухня поразнообразнее стала, — усмехнулся Джаспер, но как-то невесело. — Сласти вот вам готовим…
Мне очень хотелось спросить, не из жалости же лорд Вейтворт пригласил к себе хорошего, но капризного повара. Как бы он ни был богат, но и Алоизу нет смысла тратить свой талант на самые обычные блюда, если только не существует чего-то такого, о чем я не знаю и знать не могу. Мой муж часто дает приемы? Маловероятно, дом позволяет принимать гостей, но местность — нет. Здесь много прекрасных продуктов, но выбор их не так велик, как в городах. Любая таверна взяла бы столь искусного повара с радостью, и безразлично, насколько он склочен, потому что найти поварят в такое заведение намного проще, чем в дом, учатся они быстрее, работают больше, а даже если не выдерживают поганый характер повара, то за дверью стоит толпа. И постояльцам, и гостям это тоже без разницы, они готовы платить за кров и стол.
Алоиз не ленив, он опрятен, мне никто не сказал, что он злоупотребляет спиртным. Много ли надо от повара городской или придорожной таверне, кроме умения вкусно готовить?
— Миледи?
Я подняла голову, уверенная, что это Джаспер окликает меня уже не впервые, и тон его был нетерпеливый. Но он смотрел в сторону двери, сжав в руках полотенце и поварешку и почтительно склонив голову.
— Леди Кэтрин, соблаговолите наконец повернуться ко мне.
Глава шестнадцатая
Я кивнула Джасперу, Томасу, который как раз вернулся на кухню с парой пучков зелени в руках, развязала фартук, положила его на какой-то ящик и вышла. Лорд Вейтворт придерживал мне дверь.
— Чем вы были заняты?
— Готовила суп на завтра, милорд.
Лорд Вейтворт продолжал держать руку на ручке кухонной двери и смотрел не на меня, а куда-то в сторону.
— Вам нравится готовить, не так ли? Вы проводите на кухне много времени.
— Да, милорд. Но если вы возражаете…
— Я — нет, вот Алоиз может, но у него выбор не очень велик. Если вам будет что-то нужно, обращайтесь.
Передал ли доктор наш с ним разговор?
— Как вы чувствуете себя, миледи?
— Благодарю, милорд.
Он задавал мне странные вопросы, будто пытался меня отравить и удивлялся, что яд никак меня не берет.
— В таком случае… вернитесь к себе. Так будет лучше.
Лорд Вейтворт быстро пошел в кабинет, и я вполне могла проигнорировать его совет — или приказ, я так и не поняла, как трактовать его слова.
