Вечером я еле дотащился до душа и кровати, где получил голосовое от Кати и офигел, насколько хватило сил. Она сообщила, что не придет в школу до следующей недели. Нормально так. Причина – падение и лангетка на правой руке. Фак! Я лег, достал телефон и прослушал еще раз: Кати говорила с подчеркнуто бодрой интонацией – это значило, что все хреново. Я открыл наш с ней чат.
Никита:
Кати:
Никита:
Кати:
Никита:
Я опять плохо спал, снилась всякая лабуда. К Кати приставали какие-то уроды, а я не успевал прийти на помощь. В школе договорились с Серовой по очереди приходить к Кати домой после уроков. Во вторник пошла Серова, и я решил не вторгаться на женскую территорию. Опасное для жизни занятие, знал это по маман с подругами, имел как-то неосторожность, больше старался не пересекаться с уравнобешеными и разведенными. Так же было опасно игнорить скулеж Темыча у двери. Я перекусил, и мы с собакеном помчали гулять.
Мы пришли в парк, и там Темыч повел себя странно. Обычно дружелюбный, он кинулся к встречной собаке и облаял ее. И какую выбрал! Кавказца. Я был в шоке, глядя на этот беспредел, потянул бесстрашного друга за поводок. Он вдруг как-то изловчился, резко дернулся, и я поводок выпустил, а кавказец зарычал. Темыч заскулил и метнулся из парка. Я припустил за ним, но смог догнать только во дворе. Капец. Всю дорогу переживал: «Темыч, прошу тебя, уцелей!» Только бы не под колеса, только бы ничего поводком не цепанул.
Навстречу со двора вышла, вовсю разоряясь, необъятная мадам. Ни разу не видел ее молчаливой, вечно на кого-то бухтела – вот кто прародитель орков. Размахивая пакетом, она скрылась за углом.
– Где твой хозяин? – Кати держала Темыча под мышкой и гладила по непослушной мохнатой башке.
– Здесь, хух… хозяин. – Я наконец-то остановился. Дыхалка сбилась, в груди горело, пришлось упереться руками в колени и постоять наклонившись, приходя в себя. – Вижу, ты в надежных руках, дружище.
– Точнее, в надежной подмышке. – Серова открыла очередную партию «пинг-понга». – Никитос, ты что, с собакой наперегонки бежал и проиграл?
– Серова, сними корону, теб… хух, не идет. – Совершенно не хотелось соревноваться в остроумии. Я продышался и подошел к Кати. – Этот мохнатик возомнил себя королевским догом. Облаял кавказскую овчарку, а потом резко дал деру. Я, пока бежал, думал – только бы не под колеса. Поводок на любую ерунду мог намотаться.
Я реально испугался за собакена, а он преспокойно и радостно сидел у Кати на руках. Впрочем, я и сам был не прочь прижаться к ее груди.
– Ну разве так можно? Плохой мальчик! – строго отчитала Темыча Кати.
– Кажется, мне пора. У вас тут семейные разборки с непослушным сыном.
– Ди!
В один голос. Переглянулись. Наш смех с лаем Темыча взбодрил тихий двор. Когда Ди свалила на остановку и мы остались вдвоем, Тема смирно уселся у Кати под мышкой и балдел. Вот жучара. Не был бы собакой, получил бы леща.
– Ники… – Кати неожиданно сманеврировала за сползающим пуховиком и потеряла равновесие. Тема взвизгнул, когда я подхватил их обоих.
– Пока я рядом, ты не упадешь.
– Кажется, я тебе верю… – в тот вечер Темыч каким-то собачьим чутьем помог нам с Кати стать ближе.
Всю неделю Кати сидела дома – получаса на улице с незастегнутым пуханом хватило, чтобы словить простуду. В понедельник и вторник ждал ее у подъезда и провожал в школу; домой возвращались тоже вместе. Математичка разрешила пропускать консультации. Наконец-то. Взамен попросила помочь Кати с матешей на дому. В школе я сделал вид, типа мне все равно, но по факту обрадовался. Мы хоть и перешли рубеж первого поцелуя и даже второго, все равно официальный повод чаще видеться наедине был мне на руку благодаря руке Кати, хех. Она порядком задолбалась с лангеткой, бедняга, но сама виновата, и еще легко отделалась! На фига было спускаться по жесткой трассе, адреналинщица, блин. А если б шею свернула?.. Я капец испугался, когда она рассказала, что случилось. Представил, как лежала одна, вся в слезах, мимо мчался народ на скорости, треш. Мысленно пожал руку тезке за то, что оказался рядом и доставил в медпункт. Не перевелись еще Никиты на Руси. Матешей заниматься решили у меня дважды в неделю, чтобы Кати чаще выходила из дома.
И в первую же среду она пропала: ни в школу, ни на консультацию не явилась. Еле высидел уроки, звонил на каждой перемене. Записал голосовое, чтобы ответила срочно, но Кати словила тишину, а я – панику. Дома немного подождал и пошел к ней. Позвонил и сразу же постучал в дверь, чтобы уже наверняка услышала, мало ли что.
– Тебе чего надо? – Напротив приоткрылась дверь на цепочке, оттуда выглянула бабуленция ростом мне по пояс. – Иди отседова, хулюган. Ишь, расстучался.
– Я к Кати. Она с утра на звонки не отвечает.
– А-а-а, ну тогда стучи шибче, чего как малохольный?
Наконец-то провернулся замок, дверь открылась, на пороге стояла Кати. Живая и почти невредимая.
– Ты в порядке?
