— Нет не брось, — воскликнула я, видимо мое приподнятое настроение и бьющие в голову гормоны, делали свое дело, — я знаю, что у вас натянутые отношения, и я не хочу в них лезть, но…
Игорь начал отрицательно качать головой.
— Нет, не перебивай, — быстро сказала я, взмахнув рукой, на что брат глубоко выдохнул и поднял руки в смиренном жесте, — я просто хочу сказать, что возможно он не так плох, да я не знаю что между вами произошло и, наверное, у тебя действительно есть причины его ненавидеть, но если он занимается благотворительностью и помогает людям, может, он изменился или… — я не знала, что еще сказать и лишь с надеждой смотрела на брата, но Игорь в очередной раз горько усмехнулся, глядя на меня, как на наивное дитя.
— Ну и что за проект? О чем? — без особого интереса спросил он, сложив руки на груди.
Сделав вид, что не заметила это одолжение, я продолжила говорить:
— Проект был направлен на финансирование талантливых студентов и…
Игорь саркастически засмеялся, и я непонимающе посмотрела на него.
— Что в этом смешного?
— Ничего, — слегка пожав плечами, ответил брат, — я знаю, что это за проект, и поверь, сестренка, благотворительностью там и не пахнет.
Внутри что-то неприятно напряглось, интуиция буквально вопила, что ничем хорошим этот разговор не кончится, но поток мыслей и слов было уже не остановить.
— Но как же…
— Вот так, — разведя руками, перебил меня брат, — лучше забудь об этом и…
— Но этого не может быть, — быстро проговорила я.
Игорь не сводил с меня внимательного взгляда и цыкнув, произнес:
— Лен, мы уже сотню раз говорили о делишках моего отца, ничего нового не произошло, просто очередная инвестиция на отмыв бабла и мозгов в придачу, вот и все, так что забудь, забей и выплюнь.
Я все так же немигающе смотрела на брата, для меня не было открытием, что Владимир Викторович не всегда занимался честными делами, чего стоила только ситуация с нашим ректором, но Игорь никогда не упоминал о каких-либо крупных махинациях или целых проектах, направленных на это.
Не говоря уже о том, что во всем этом, скорее всего, был замешан Михаил Дмитриевич, но ведь он не мог участвовать в подобных вещах. Или мог? А может Игорь просто ошибся?
Заметив озадаченный взгляд брата, направленный на меня, я тихо произнесла:
— Возможно, ты перепутал и это другой проект?
— Он от две тысячи двенадцатого года? — устало уточнил брат, на что я лишь молча кивнула и опустила глаза.
Все сходится. Это точно он. Но Михаил Дмитриевич тогда сам был скорее всего студентом.
— Я думал, ты понимаешь, чем он занимается, — задумчиво проговорил Игорь.
Я подняла глаза на брата и твердо произнесла:
— Ты часто намекал, что он не чист на руку, но ничего не говорил о масштабах, ты вообще ничего мне не говорил, — начала заводиться я, чувствуя, как меня начинает колотить изнутри, — я даже о ректоре узнала в универе.
— Потому что тебе не надо было это знать, — перебил меня Игорь, чуть повысив голос, — и я понятия не имею, какого хрена тебя уже во второй раз за месяц несет в это сторону, то с ректором, то теперь с этим проектом, — глубоко выдохнув, брат уже чуть спокойнее продолжил: — просто живи своей жизни, все это дерьмо тебя не коснется, уж я об этом позабочусь.
Не сдержав усмешки, я отрицательно покачала головой. Видимо, уже коснулось.
— Причина, почему я тогда спрашивала по ректора, — медленно начала я, — была в том преподавателе по финансам, у нас был с ним конфликт, точнее почти у всего потока, ты, я думаю, помнишь, — Игорь молча кивнул, — и несмотря на все жалобы на него, ни выговора, ни чего-либо другого не последовало, как будто ничего и не было.
Брат внимательно слушал, наклонив голову на бок и слегка сощурив глаза.
— Позже мы узнали, что его привел в универ наш декан, вот я и хотела выяснить, если…
— Если ректор сможет помочь, решить эту проблему, — закончил за меня Игорь и, усмехнувшись, добавил: — а у вас, ребятки, я смотрю своя мафия, препод не понравился и решили убрать его через ректора.
— Нет, — я отрицательно покачала головой, — мы ничего такого не думали, просто все знали, что Александров увел места и Андреича, а тут эти проблемы с финансистом и, возможно, это бы как-то помогло, — сбивчиво проговорила я, затем выдохнула и беспомощно посмотрела на брата.
— Я сама не знаю, зачем тогда спросила об этом, — Игорь криво усмехнулся и уже чуть веселее произнес:
— Ладно, проехали, просто в следующий раз…
— И это не все, — в очередной раз перебила я, стараясь не потерять остатки решимости.
Брат слегка приподнял брови, выжидательно смотря на меня.
— В той папке был список имен, вроде основателей проекта, как я поняла и, кажется, среди них был наш преподаватель.
Лицо Игоря слегка побледнело, а сам он резко натянулся, как струна.
— Как говоришь зовут вашего препода? — вкрадчиво поинтересовался он.
Не до конца понимая реакцию брата, я тихо ответила:
— Михаил Дмитриевич Лебедев.
— Твою мать, блядь, — прошипел Игорь, прикрыв глаза, и отвернулся к окну. И тут же резко повернувшись ко мне, метнул в меня укоризненный взгляд, — почему ты сразу не сказала?
