— Я…я только сегодня узнала его фамилию, система не обновлялась, — слегка заикаясь, проговорила я, чувствуя, что тревога внутри разрасталась все больше, сметая напрочь все остальные эмоции и оставляя только не поддающуюся осмыслению панику.
В голове друг за другом промелькнули змеиные глаза отчима, синяя папка в рука, отстраненное лицо преподавателя, наш поцелуй и резко побледневшее лицо Игоря, услышавшего фамилию финансиста.
— Что происходит? — насколько возможно спокойно произнесла я, пытаясь взять эмоции под контроль.
Игорь не ответил, лишь отвернулся от окна и быстрым шагом направился к двери.
— Игорь! — воскликнула я, выбегая вслед за братом. — Что, черт возьми, происходит?
Он замер, стоя уже у входной двери и, медленно повернувшись, виновато посмотрел на меня.
— Прости, Лен, тебя не должно было это коснуться, я все улажу.
— Что уладишь? — совершенно не понимая, что происходит, я в очередной раз задавала все те же вопросы, — объясни уже наконец.
Немного помявшись, Игорь покачал головой.
— Это долгая история и тебе…
— Не надо это знать, да? — воскликнула я, чувствуя, как дрожит мой голос. — Я устала от всех этих недомолвок.
Игорь отвел взгляд и, уже выходя за дверь, еще раз повторил.
— Прости, тебя не должно было это коснуться.
— Что именно? — лишь успела выкрикнуть я в спину уходящего брата.
С наслаждением вдыхая уже чуть морозный воздух, я не спеша шел по темной улице, редко освещенной фонарями в сторону бара, находящегося не так далеко от дома. Я даже не думал ускоряться, прекрасно понимая, что уже хорошенько опоздал. Ничего, Бодров подождет, в конце концов за ним значится должок после сегодняшнего неожиданного прихода, оборвавшего меня на самом интересном месте.
И надо было ему явиться именно тогда.
Выдыхая сквозь стиснутые зубы, я пытался подавить все еще не остывшее раздражение. Увидев нужную мне табличку, я легко открыл дверь и зашел в паб. В нос тут же ударил резкий запах алкоголя и чего-то сладкого. Не обратив внимания на находившихся здесь посетителей, я прямиком направился к уже давно освоенному месту, где меня ждал Андрей, с хмурым видом что-то печатавший в телефоне.
— Рабочие будни никак не закончатся? — с легкой улыбкой спросил я и с громким хлопком бросив документы на стол.
Бодров даже глазом не повел, лишь устало отложил телефон в сторону и посмотрел на меня.
— Не знал, что работа имеет свойство заканчиваться, — задумчиво проговорил он, видимо, еще не до конца отойдя от переписки.
Понимающе усмехнувшись, я начал снимать пальто, отмечая про себя, что видок Бодрова вызывал все большее опасение, или как минимум вопросы. Непроходящие мешки под глазами, давно ставшие родными синяки и извечно усталый взгляд, с которым Андрей породнился еще месяца три назад. О причинах своего состояния говорить он упорно не хотел, впрочем, еще не вечер.
Легко хмыкнув своим мыслям, я сел за стол и с улыбкой обратился к другу.
— Не расскажешь, каким ветром тебя сегодня принесло? Это, — я кивнул на папку, — могло подождать.
— А что не рад был видеть друга? — ответил мне уже слегка повеселевший Андрей, и чуть серьезнее добавил: — Уж лучше ты расскажи мне о своей прекрасной Елене.
— Нечего рассказывать, — сухо ответил я, но поймав выжидательный взгляд Бодрова, все же добавил: — ничего не было.
— То есть вы не…
— Нет, — твердо ответил я, и коротко проговорил: — она моя студентка.
— Это я понял, и что будешь ждать до своей пенсии?
— Нет, уже нет.
Андрей понимающе улыбнулся и, чуть нагнувшись вперед, заинтересованно спросил:
— Мне даже интересно, чем вы все это время занимались.
— Разговаривали.
— Разговаривали? — полувопросительно повторил за мной Бодров.
— Да.
— То есть вы сидели где-то в закрытом кабинете и болтали?
— Именно так, — все так же коротко и немногословно отвечал я, не желая делиться этими подробностями.
— И так сколько? Месяц?
— Меня начинает пугать твой интерес к моей личной жизни.
— Меня просто удивляет, что у вас до сих пор ничего не было.
— Я ее преподаватель, — в очередной раз напомнил я другу, не желая более углубляться в эту тему.
— И тем не менее ждать ты не планируешь, — хитро подметил Андрей.
Я криво улыбнулся. Одна из характерных черт Бодрова, имеющая одновременно свои плюсы и минусы — неумение останавливаться, и до последнего вынюхивать интересующую его информацию. Впрочем, в данном вопросе, как такового секрета не было, поэтому задумчиво покрутив бокал в руке, я начал говорить первое, что приходило мне в голову все это время:
— Она…
— Другая? — неожиданно перебил меня Бодров.
Я резко поднял взгляд на него, уловив в его интонации легкую горечь. Не показалось. Судя по быстро отведенному взгляду и судорожно выпитому виски.
Я молча кивнул, иного слова мне в голову и не приходило. С ней действительно все было иначе, но об этом я еще успею подумать, а пока наблюдая за реакцией друга, я лишь озвучил давно сидевший в голове вопрос:
— Расскажешь, что с тобой происходит?
Андрей лишь горько усмехнулся.
— Может не будем портить вечер печальными историями.
