— Хочешь со мной? — спросила я, а в ответ получила ещё один «мокрый чмок». Я посмеялась. — Ладно-ладно, идём! Только если встретимся с твоей мамашей, скажи ей, сам пошел за мной, понял? Потому что я не хочу быть поджаренной. О, кстати, — задумалась я, — тебе надо дать имя. — Алые глаза заискрились. — Назову тебя. Драко. Думаю, подходит. — Я подмигнула, а Драко радостно перевернулся в воздухе. Кажется, имя ему понравилось.
..Страсть распускается цветком. Осторожные поглаживания и короткие хмельные взгляды. Учащенное дыхание. Губы вырисовывают влажные дорожки от ключицы до уха. Ноготки вонзаются в мужскую спину. Прикосновения кожи к коже.
— Элина, — шепчет Дамиан, впиваясь с рыком грубым поцелуем.
Девушка задыхалась в горячих объятиях мужчины, упивалась его любовью, наслаждалась, изгибаясь в спине. Потом резко поднялась, отбрасывая длинные волосы назад. Шелковистые пряди водопадом скользнули по её спине цвета какао. Элина поцеловала Дамиана сама, жадно, а потом. медленно отстранилась. Девушка замерла с ледяным отрешённым взглядом.
— Что случилось? — Дамиан погладил пальцем по щеке. — Элина. — обеспокоенно окликнул её.
Она не ответила.
Элина!
Лицо девушки потрескалось, как стекло. Медленно, словно единая трещина проходит через слой льда. Треск — отпал один осколок. Потом раздался второй треск, а потом и третий...
Сердце Дамиана сжалось — и он схватился за плечи возлюбленной, судорожно спрашивая:
— Что с тобой? Что происходит?!
Лицо по-прежнему не выражало ничего, и пусть глаза её смотрели прямо на Дамиана — его она не видела — настолько пустотой заполнен взор. Было это. страшно. Пугающе до дрожи! Образ Элины разлетался на множество осколков. Мужчина кричал, пытался обнять, молил не уходить, но через каких-то несколько мгновений. она исчезла, выпорхнула, как бабочка из рук.
— Элина! — выкрикнул Дамиан и сел на кровати, задыхаясь испугом.
Ночь. Элины нет. и не было.
Мужчина сжал губы, ударил по стене столь сильно, что по кулаку потекли дорожки крови. Боль он не чувствовал. Душевная была в тысячи раз сильнее физической. Терзающая. Парой казалось он не выдержит боль утраты.
В комнату правителя вбежал встревоженный Лир с несколькими воинами. Мужчины услышали грохот, но. заметив Дамиана, который понурил голову, согнулся, сидя на кровати, и видя, как с его руки на пол капают капли крови, то. всё поняли. Лир кивнул страже — и те ушли, а сам он подошел ближе, сделал глубокий вдох и опустился перед господином.
— Я. не могу без неё, — прохрипел Дамиан, закрывая глаза рукой.
— Вам нужно отпустить Элину, господин. Держась за неё, вы ничего не добьётесь, а вам нужно отомстить! Ваша боль не должна превратиться в кандалы, она должна стать оружием!
Дамиан прищелкнул языком, отводя глаза в сторону.
— Ты прав, Лир, прав.
Он поднялся, обошел комнату, размышляя о чем-то о своем, потом остановился и глухо спросил:
— Ряды армии пополняются?
— Да, господин. Много новобранцев из соседних королевств.
— Хорошо, — кивнул Дамиан. — Обучайте их. Проверяйте полностью: кто они, из какой семьи, как узнали обо мне, как и почему решили присоединиться! Крыс быть не должно!
— Я лично слежу за этим, — поклонился Лир.
— И завтра вечером собери командиров у меня в кабинете. нужно придумать стратегию по захвату Ларккана. Право на ошибку у нас нет.
Мой протяжный крик-стон, кажется, услышали даже в столице Ларккана.
— Как же жарко! — всплеснула руками и уселась под дерево, на котором было хоть что-то из подобия листвы. Драко плюхнулся рядом.
Я откинулась на столб и прикрыла глаза, тяжело дыша. Усталость дикая! Ноги отваливаются и отказываются держать. Я грязная, ногти убиты, волосы в пыли и запутанные. Ужасно голодная и мучает нереальная жажда! Так ещё я без понятия где мы! Вокруг черная пустыня, которая днем нагревается до бешенной температуры! И сама земля горячая... будто по самой лаве идешь. Воздух сухой.
Повезло, вчера нашли небольшой пруд — просто оазис в этом Богом забытом месте! Я напилась вдоволь, и хотела остаться там, но нужно — очень нужно! — продолжать путь. И вот идём уже не знаю сколько, нового пруда нет. Горло сухое, словно песка объелась! Голова кружится, тошнит.
— Даже не попробовал найти меня! — воскликнула обижено я и ударила по земле. В воздух поднялась пыль, я закашлялась. — Надоело. — Чешуйчатый лоб уткнулся мне в плечо, я улыбнулась, поглаживая, а потом обессилено попросила: — если погибну. береги себя. — И собралась было закрыть глаза, как этот чешуйчатый лоб пребольно меня толкнул! Я рухнула, подняла мрачный взор на Драко, тот сверлил глазищами не мрачнее моих. Вот всё понимает! И злится, просит не сдаваться. — Ладно. — я вздохнула и попыталась встать, дракон помог мне, послужив опорой. — Нужно идти.
Сделала шаг, как позади меня окликнул хриплый голос:
— Девушка!
Я глянула через плечо.
