– Конечно! – поправляя очки, отозвался нар Хранис и вытащил из контейнера, стоящего у его ног, большую банку с перламутровым наполнением.
Шархат забрал ее, вскрыл и решительно принялся намазывать мои волосы, шею, лицо и руки. Я немного растерялась, но сопротивляться его действиям не стала. Во-первых, потому что доверяла тому, что он делает, во-вторых, в нашей паре Шархат – главный, я ему подчиняюсь и выполняю все указания.
Мазь создала на коже защитную пленку.
– Проверим? – поинтересовался Шархат.
Машинально кивнула, и в меня тут же полетел небольшой сгусток пламени, обжег волосы, лицо и одежду, но кроме жара я ничего не почувствовала.
Помощницы управляющего попятились и спрятались за деревом. Нар Хранис стоял с открытым ртом и таращил на нас глаза.
– Не выпускать же ее к огненным птичкам, надеясь на неопробованное средство, – спокойно заявил Шархат.
И то верно. Это костюмы на нас защитные, уже проверенные в разных обстоятельствах, а лицо и руки ничем не защищены.
А методы моего огненного мужчины… Так я уже привыкла.
Убедившись, что я защищена, Шархат забрал у нара Храниса, начавшего заикаться, капсулы с силовыми барьерами, закрепил их на поясе и протянул мне руку.
– Идем?
– Идем.
– Ждите нас тут, – велел Шархат.
Ариат нервно сглотнул и кивнул, а мы обогнули флаер, вышли с площадки и направились к гряде, над которыми время от времени кружили огненные птицы. Огромные, к слову сказать, с мой рост. Огненно-желтые, с редкими алыми или оранжевыми всполохами, словно сотканные из живого пламени. Изредка птицы раздувались, становясь похожи на шары, и у них из горла вылетало пламя, которое плавило камни. Птицы протяжно и тревожно кричали, а после снова скрывались за скалами.
Мы добрались до силового барьера, забрались на скалу, рассматривая происходящее. Я глазела на чудо-птичек во все глаза.
– Боишься? – вдруг уточнил Шархат.
– Немного, – созналась я. – Согласись, когти впечатляют?
– Не то слово. Значит так, я ловлю птичку, держу, а ты вытягиваешь из нее часть огня.
– Хорошо.
Конечно, лучше бы, если огонь забирал Шархат, но я не смогу ни поймать птицу, ни удержать. Да и риск ожогов у меня велик. Это моему огненному мужчине никакое пламя не страшно.
Шархат смело шагнул за силовой барьер, кинул горошины с защитными контурами и мелькнул размазанной тенью, ловя первую птицу.
Я вдохнула и шагнула за защиту. Лицо сразу же опалил жар. Он исходил от птиц. Но не успела я опомниться, как передо мной оказался Шархат, удерживая вырывающуюся самку. Она пронзительно кричала, и другие огненные уже кружили в воздухе, готовые напасть. Чую, здесь скоро будет жарко. Надо спешить.
Сосредоточилась, утянула часть огня, отбросив его на камни, и нашла у птицы нить энергии, отвечающую за успокаивающую функцию. Огненное чудо затихло, слабо затрепыхалось, и Шархат перенес ее за контур. Она тут же расправила крылья, тревожно курлыкнула и легла на камень, укрываясь крыльями и поглядывая на нас огромными янтарными глазами.
А вот дальше нам пришлось несладко. Птицы оказались сообразительными, почуяли неладное. Они теперь постоянно поднимались в воздух, кружили, а порой пытались напасть на Шархата. Но разве можно им справиться с огнем того, кто со сверхспособностями? Мужчина удачно управился, прикрывая нас обоих. И мне оставалось только восхищаться им и хорошо выполнять свою работу.
Самым непростым оказалось поймать семьи с птенцами. Одна из самок зацепила когтем мое плечо, Шархат отвлекся на треск ткани, и вторая птица сшибла его с ног.
Впрочем, реакция у мужчины была мгновенная. Спасаясь от крыльев птицы, ловко уворачиваясь от когтей и клюва, он спеленал все семейство в кокон огня и потащил ко мне.
К этому моменту я как раз перестала тереть ушибленное плечо – коготь не смог разорвать ткань, она лишь натянулась, и не смогла отвести от Шархата взгляда. Сейчас он просто сражал наповал. Дикий варвар, несущий добычу в пещеру, никак не иначе.
– Так, – выдохнул Шархат, едва мы закончили. Оглядел силовые контуры с птицами внутри, сощурился. – Сколько они будут спокойными?
Мужчина местами был подпален и встрепан, но это только придавало ему еще большей притягательности.
– Думаю, час у нас есть. Нара Храниса с помощницами звать будем?
– Пока не стоит. Надо найти причину, что птичкам так сильно не понравилось, – задумчиво заметил Шархат. – Я проверю территорию на предмет скрытой опасности, а ты посмотри, что за энергия здесь течет. Может, птиц смущает какие-то ядовитые травы или испарения? Хотя, конечно, приборы бы их зафиксировали. Но все же… посмотрим, Касс.
– Конечно! – ответила я, даже и не думая отказываться.
На несколько минут прикрыла глаза, выравнивая дыхание, а после открыла и принялась рассматривать местность. Уловила множество потоков – все знакомые, привычные, свойственные камням и огненной стихии, кроме одного.
Присела, разглядывая кусок камня, задумчиво потрогала его пальцами.
– Что-то нашла? У меня все чисто.
