Ведь помимо меня здесь присутствует достаточное количество девушек, не прятавшихся, а направляющих призывные взгляды на хищно улыбающихся мужчин.
На мое заявление Генри начал театрально принюхиваться, вызвав наш дружный с Джэс смех, а потом во входную дверь вошел неожиданный гость. Высокий худой блондин в темно-синем костюме, чья кожа по цвету напоминала жемчуг. На его лице читалось снисхождение и доля скуки. Прямо образец вампира из учебников. Хоть сейчас его фото вставляй.
— Эндрю, наконец, объявился. — широко ухмыльнулся Генри, ловя мое удивление. — Пойду поздороваюсь. Может, ты хоть с ним подружишься? — насмешливо кинул он мне, и в этот момент вампир пристально посмотрел в нашу сторону.
Злая Джэс забрала у меня при входе привязанный к бедру кол и серебряную цепочку.
У двуликих или бледнокожих была врожденная неприязнь, но существовали странные исключения, как вот эти двое, чуть ли не обнимающие друг друга.
— А протекция Генри на вампиров распространяется? — шепнула я Джэс, с ужасом наблюдая, как вампир снова смотрит на меня.
— Не уверена, — с нескрываемым удовольствием потешалась подруга, и я, взяв ее под руку, отвернулась от двери и повела к стеклянному выходу к саду, в котором был построен целый масштабный лабиринт.
— А мы кого-то ждем? — спросила. — Такое ощущение, что…
— Да, — тихо шепнула Джэс, — Мы ждем альфу.
В зале, насколько я знала, присутствовали участники стаи разных округов, но альфа мог прийти только один. Конечно, альфа Генри. Мэтью Вайс, возглавивший стаю Северных всего пять лет назад и уверенно поднявшийся по лестнице почета и ужаса. Он стал главным в очень раннем для волков возрасте, в двадцать пять лет, и в газетах как-то не особо описывали поединок, хотя в общем любят раздувать скандальные хроники. Да, сейчас такое время, что не только звезды кино и эстрады мелькают на обложках, но и главы кланов вместе со своими отпрысками.
Неожиданно тело словно наэлектризовалось странным ощущением, а сердцебиение участилось.
— Вот и он. — шепнула Джэс.
«Только не оборачивайся!» вопило подсознание, а инстинкт самозащиты велел бежать сломя голову, но что-то третье и неизвестное было сильнее, и оно требовательно разворачивало меня к двери.
Но повернулась не только я, а все двуликие и простые смертные застыли, подобострастно глазея на могучего брюнета в черном смокинге, чья одежда не могла скрыть идеальные рельефы тела, а темные, немного вьющиеся волосы до плеч, как ни странно придавали ему еще больше мужественности. Жесткое и властное лицо чуть улыбнулось, когда он приобнял Генри, а затем темный взгляд в упор посмотрел на меня и мое тело совсем обезумело, так как вместо шагов назад, я сделала определенный шаг к нему и нервно задышала. Он был в разы красивее, чем на фотографиях, которые мне приходилось видеть.
Алфа чуть кивнул в сторону зала и непонятно кому именно предназначался этот жест, но волки вместе с людьми мгновенно расслабились и вернулись к своим светским разговорам.
— Генри бесится, — не замечая моего состояния, хихикала подруга. — Но я не могу не замечать, какой альфа красавчик.
Алфа в этот момент двигался вместе со своим другом в нашу сторону, и мое сердце уже подступало к горлу, готовое выпрыгнуть.
— Хоуп ты в порядке? — она, кажется, наконец заметила мое предсмертное состояние.
Но ответить я не успела, ее жених стоял перед нами вместе со своим гигантом альфой.
— Поздравляю вас, Джэсмин. — вроде вполне дружелюбно произнес двуликий, но его голос вбирал в себя твою волю и моментально подчинял.
Он чмокнул Джэс в щеку, от чего та стала пунцовой и повернул на меня взгляд серых стальных глаз. Меня тут же пронзила новая электрическая волна желания, в которой я боялась себе признаться, стараясь вспомнить что же там было написано в этом треклятом учебнике по видам.
Почему так хочется прижаться к нему?
— Рад тебя встретить. — произнес мужчина и моя безвольная рука оказалась в его власти.
Подруга ахнула, а я завороженно смотрела, как его губы опускаются на тыльную сторону моей ладнони, глаза чуть прикрываются, а невидимый для окружающих язык касается накаленной кожи, и внизу моего живота натягивается узел.
— Это Хоуп Гаррет, — звучит где-то вдалеке голос Генри. — Лучшая подруга Джэс.
— Потанцуем, Хоуп? — окуная меня вновь в стальной зрительный контакт произносит хищник, и я бросаю нервный взгляд на жениха, в чьих глаза вижу не поддержку и протекцию, а шок и смирение.
— Музыка не для танцев, — произношу, облизав пересохшие губы, пока меня властно держа за талию, выводят в центр комнаты.
