– Разовое помешательство, – протянул задумчиво. – Это у сдержанного и спокойного, как скала, тебя?
– Я и сам не ожидал, что так сильно накроет. Да еще и именно с ней.
– Речь, так полагаю, об Анжелике Веэйрас, – спустя мгновение, тихо и весьма утвердительно сказал двоюродный брат.
– У тебя словно и других вариантов нет, – раздраженно вспыхнул я, сжимая пальцы и ощущая, как по костяшкам бежит едва сдерживаемая сила.
Будто и не гонял два часа в реальности монстров, сосредоточенный только на этом!
– Нет, Рамир. Это у тебя их нет и никогда не было, – покачал головой Ричард.
– В смысле? Веэйрас меня с детства раздражает, – возразил я.
– И именно поэтому ты все время защищал ее, никого к ней не подпускал и не мог пройти мимо, когда Анжелике требовалась помощь?
– Она – дочь близких друзей моих родителей. Как я еще мог с ней поступать, даже если испытывал сильную неприязнь? – удивился я.
Ричард уставился на меня, давая, похоже, возможность осмыслить сказанное.
Детство-то давно прошло, рыцарские замашки в отношении этой девчонки должны уже погаснуть, неприязнь не быть столь яркой… Мы же взрослые разумные люди, в конце концов, научились ведь сдержанности!
Но, что получается? Даже тот год, что я провел на другой планете среди суровых воинов-пустынников, учась новому стилю боя и позволяя силе окончательно закрепиться, ничего между нами не поменял. Стоило мне с ней столкнуться, и я как ненормальный, действую, как и раньше!
И мысли ведь не возникло, чтобы не помочь Анжелике в коридоре, где она на меня налетела, или на занятии, когда вокруг летали обездвиживающие молнии, или на отработке в теплице с подвязыванием кустов. Хуже того! Я зачем-то затащил ее самым варварским способом к себе во флаер, желая уберечь от ледяного ливня, хотя она вполне могла переждать его в здании! И это только то, что я вспомнил, а наверняка ведь были моменты, когда я заботился о ней, не замечая этого или принимая как само собой разумеющееся.
– Привычка, – уверенно заявил я, сделав единственный логичный вывод из всего произошедшего.
– Ты настолько сильно опасаешься признать, что это – любовь? – удивленно уставился на меня Ричард.
– Любовь? К этой упрямой язве? Ты серьезно?
Я не сдержал силу, и по флаеру закружились немногочисленные вещи, среди которых вдруг обнаружилась вылетевшая из-под сиденья шпилька. Похоже, Анжелика обронила, когда я подвозил ее после отработки пару дней назад.
Я поймал украшение, уставился на него, как на врага, ругнулся и зашвырнул в ближайший ящик. Запустил пальцы в волосы, потер виски.
– Вы оба изменились, Рамир. Изменились и ваши чувства друг к другу. Вы просто не успели это осознать, – осторожно сказал Ричард, никак не комментируя тот факт, что я выпустил силу.
И в кого он бывает такой рассудительный и не по годам мудрый?
– И это вдруг стало явно именно сейчас? – не выдержал я.
– Сам же знаешь, что у нас, детях, рожденных в паре одаренных с третьим уровнем способностей, развитие отличается от стандартного. В подростковом возрасте, пока весь мир влюбляется, строит первые отношения, сходит от этого с ума, у нас начинается становление еще в детстве проснувшейся силы. И, мы тренируемся, как проклятые, несколько лет, сосредоточенные именно на этом.
– Еще бы! Не удержишь силу – и этому миру конец, – заметил я, немного остывая.
– Зато, когда сила стабилизируется, несмотря на возможность дальнейших скачков, мы снова становимся живыми людьми. И да, чаще всего именно после этого, в ближайшие пару лет, встречаем свою пару и зацикливаемся на ней. Вспомни тех же Риантана и Ариадну. Весьма яркий пример, как это бывает.
Я постучал пальцами по подлокотнику. Сын Шархата и Кассандры Антар и дочь Диара и Александры Тарвал – парочка, неразлучная с детства, у которой как раз недавно случилась вспышка чувств и осознание, что их дружба переросла в любовь. На мой взгляд, при тех отношениях между этими двумя, такое было вполне ожидаемо. А вот тот момент, что у них все произошло за считанные дни, даже когда видел друзей на их собственной свадьбе, и они были поглощены друг другом так, что ничего вокруг практически не замечали, до сих вызывал легкое удивление.
– Ты говоришь весьма разумные вещи, Ричард, – признал я. – Но, полагаю, в моем случае, просто слишком сильны еще эмоции после прошедшей ночи. Проще всего сделать вид, что ничего не было. И забыть.
– Если у тебя это получится, я первый удивлюсь.
– Ты меня недооцениваешь.
– На твоем месте я бы все же подумал, что будет, если твой план не сработает, Рамир.
– И это, называется, поддержал, – съехидничал я.
Ричард хмыкнул, напомнил, что всегда рад помочь, и мы распрощались.
Флаер в этот момент пошел на снижение на площадку возле академии.
На занятия я прилетела только к третьей паре. Как ни крути, а пропускать обязательную тренировку было нежелательно. Да и не заглянуть домой, чтобы собрать вещи, тоже не получилось.
