Мое сердце застучало в разы быстрее.
Королевский целитель! Неужели кто-то из нас действительно обладал столь редким даром?
– Значит, «дядя» должен приехать? – уточнила я, испуганно взглянув на Харда.
– Только если это письмо попадет к нему в руки.
– Оно должно попасть!
– Тогда позволь я его запечатаю.
Через несколько минут мы уже выбирались обратно в сад. И я почти поверила в благополучное завершение дела, как с другой стороны дома донеслись голоса. Кто-то шел в нашу сторону.
– Быстрее! – шикнула я Харду, вылезавшему из окна. – Сюда кто-то идет.
Он ловко выпрыгнул на землю, вернул окошко в прежнее положение и, схватив меня за руку, поспешил вперёд.
– Нам заметят, – запаниковала я, слыша, что голоса становятся все ближе и ближе.
Хард несся, как корабль, совсем не обращая внимания на шипы роз, цепляющие нашу одежду.
– Они должны быть где-то здесь! – раздался девичий голосок. – Герцогиня Хансен, я уверена, что видела, как они направлялись в сад!
Я испуганно уставилась на Харда.
Нола. Проклятие! Она ищет нас!
Если она застанет нас в саду, то у неё могут возникнуть подозрения…
Хард, вопреки здравому рассудку, наоборот, направлялся все дальше в сад. Мы оказались возле зелёного лабиринта.
– Не туда! – паниковала я.
– Доверься, Лори, – ответил он и затащил меня в первый проход лабиринта.
– Тебе? Довериться?! Да никогда в жизни!
Он быстро стянул с себя пиджак, отбросил его в сторону и рванул на своей груди рубашку.
– А придется, – заявил Хард с ухмылкой и резко повалил меня на траву.
– Что ты…
– Стони, Лори.
– Что?! – я не верила своим ушам.
– Стони, сказал! – шикнул он, и в его глазах промелькнули огоньки.
Его руки скользнули под юбку, и он с силой сжал мои бедра, располагаясь между ними.
– Я не буду! Убери руки!
– Лори… – Хард заглянул мне в глаза и сощурился. – Доверься мне полностью хоть раз.
Несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, и когда до моих ушей донесся шум гравия, я крепко зажмурилась. Словно это могло помочь мне избежать позора.
– Ах! – слетело с моих губ.
– Вот так. Хорошая девочка, – подтрунивал надо мной Хард, и его губы коснулись моей шеи. – Помни, что эта игра – наше спасение. Простая игра…
– Ах…
– Чувственнее, Лори.
– О, да…
– Ещё.
– Да, прошу, да!
В этот момент я не могла сконцентрироваться на движении мужских губ на моей шее, потому что вспоминала, как именно девушка должна стонать во время соития. Однажды я видела, как наш портной развлекается с местной проституткой прямо за углом паба. Она громко стонала, а он мычал, как бык, и пыхтел, как старый паровоз… На этом все мои познания о том, как женщина должна вести себя в таких случаях, заканчивались.
– Лори, – язык Харда прогулялся по моим ключицам. – Продолжай.
– Так и ты мычи.
– Что? – от растерянности Хард оторвался от своего занятия и поднял на меня непонимающий взгляд.
– Ты мычи, а я буду стонать.
– Ладно, я потом спрошу, откуда такие познания, – ухмыльнулся он и… застонал от удовольствия.
Именно застонал. Сексуально. Хрипло.
Совсем не так, как пыхтел и мычал наш грузный портной над своей худенький дамой…
– Ещё, Хард, – прошептала я, понимая, что хочу услышать его стон ещё раз.
Он заглянул мне в глаза и накрыл мои губы своими. Наши стоны пронеслись в унисон. Игра это была или нет, я так и не поняла…
– О, простите! Простите! – раздался женский писк за нашими спинами.
Мы с Хардом оторвались друг от друга, и уставились на выход из лабиринта.
Там стояла удивлённая Нола в компании двух смущенных служанок.
– Прошу прощения, – Хард аккуратно поправил на мне платье и подтянул повыше корсаж. – Мирились с супругой. Страсть, и все такое… У нас бывает так после ссор.
– Я все понимаю, – Нола гордо подняла подбородок, бесстрастно глядя на то, как мы приводим себя в порядок. – Ваша сестра, Лорейн, отказывается от обеда. Вы поставили ей синяк, и она стесняется спускаться к столу. А маги, способные избавить ее от увечья, прибудут с охоты ближе к вечеру. Может вы с ней побеседуете? Мне не хочется, чтобы это небольшое недоразумение между вами стало причиной слухов между гостями.
– Разумеется, – ответил вместо меня Хард. – Мы решим этот конфликт в семейном кругу.
– И прошу вас в следующий раз не предаваться страстям в моем саду. Для любовных утех вам выделена спальня.
– Это я виноват, – Хард помог мне подняться на ноги и накинул на себя пиджак.