Нола с интересом изучала его обнаженный торс, пока он спокойно застегивал пуговицы, не обращая никакого внимания на порванную рубашку. – У меня просто крышу сносит, когда Лори меня ревнует. Сумасшествие какое-то, – добавил он, покрутив пальцем у виска. – Эта женщина может любого свести с ума.
Я поджала губы, сдерживая улыбку и чувствуя, что мои щеки пылают, как две свечи.
– Жду вас на обед, – спокойно объявила Нола и поспешила прочь.
Мы с Хардом переглянулись.
– У меня к тебе много вопросов, Лори, – улыбнулся он.
– Даже не надейся получить на них ответы, – объявила я, пряча улыбку и чувствуя, что мой лед понемногу тает. – Хотя… – Я сощурилась и хитро усмехнулась. – Ты показываешь мне записку Патрисии, а я отвечаю на твои вопросы.
Хард развел руки в стороны и широко улыбнулся.
– Не могу. Никакой записки нет.
– Я своими глазами видела, как Патрисия отдавала записку, а Рейн клал ее в свой карман! – я начинала заводиться.
– Нет у меня записки.
Значит, вот так?! Он продолжает играть по своим правилам?
– Какой же ты…
Я зашагала к дому, злясь на себя за то, что на секунду поверила в то, что Хард честен. Опять самообман!
– Лори, не злись, – он догнал меня и приобнял за талию.
Я ощущала такое странное внутреннее опустошение, что у меня не осталось сил и желания вырываться. Мне просто стало на все наплевать.
– Хард, я прошу. Выберите с Рейном другую женщину. Кого угодно. Только не Патрисию, – никогда я не чувствовала себя такой униженной.
Я повернула голову, и мы с Хардом столкнулись взглядами. Он смотрел на меня так, словно действительно не понимает, о чем речь.
– Так ее никто и не выбирает. Все это я делаю исключительно ради тебя, Лори. Только ради тебя. И очень скоро ты это поймёшь.
День близился к вечеру, а Рейн так и не вернулся. Поэтому мне пришлось коротать время в компании Харда. И если ещё несколько часов назад, после нашего жаркого «перемирия» в саду, я на него злилась, то теперь мои губы все чаще и чаще расплывались в улыбке.
До чего же болтливый мне достался дракон!
Уже целый час я лежала на постели, бездумно смотрела в потолок и ждала возвращения Лиса с охоты, чтобы рассказать ему о письме. А ещё слушала речи одного чешуйчатого ловеласа, что разлегся рядом, вытянув ноги. Хард болтал без умолку: о деле, о себе, обо мне, о нас…
Засыпал меня вопросами быстрее, чем я давала на них ответы.
Когда в комнате наконец воцарилась долгожданная тишина, я закрыла глаза и начала мысленный отсчет.
– Лори, – раздалось в тысячный раз, и я устало усмехнулась.
М-да уж… Кто-то продержался всего минуту.
– Что?
– А если у нас родится девочка, как мы ее назовем?
– Мы ещё с именем для мальчика не определились, – я рассмеялась.
– Я настаиваю на имени Кристиан.
– Мне не нравится.
– Вообще-то наследник мой – значит и имя буду выбирать я, – напомнил горделиво Хард.
– Вот и рожай сам себе наследника по имени Кристиан, – моя улыбка стала ещё шире и, приоткрыв глаза, я посмотрела на Харда.
Он выглядел очень недовольным.
– Хорошо, я готов выслушать твои предложения, – произнес он нехотя.
– Я предлагаю назвать сына Алирбалирхер, – заявила я издевательски, и лицо моего супруга исказила гримаса отвращения.
– Как? – переспросил он глухо и нервно сглотнул.
– Алирбалирхер. Чудесное имя, я считаю. Драконье. Мужественное. В семье мы будем называть его Алир. А когда он подрастет, и ему, как и тебе, понравится вторая часть его имени, то пусть пользуется им.
Хард быстро сел на постели и посмотрел на меня как на сумасшедшую.
Я едва сдерживалась, чтобы не расхохотаться.
– Мой сын не будет носить такое имя.
– Будет. Либо рожай его сам.
– Я не хочу, чтобы моего сына назвали Балихером!
– Он может использовать полное имя.
– Лори, – Хард схватил меня за руку и притянул ее к своим губам. – Я прошу. Не порть жизнь еще нерожденному ребенку. Ты же его будущая мать, в конце концов!
– А может это имя, наоборот, его прославит?
Только Хард открыл рот, чтобы возразить, как в дверь спальни негромко постучали.
Не успела я крикнуть «входите!», как приоткрыв дверь, в комнату прошмыгнул Лис.
На его темно-фиолетовом наряде для охоты красовались магические частички голубого цвета, так называемая «кровь» иллюзорных магических существ, которых для такого развлечения создавали маги. Драконы предпочитали охотиться на таких мифических зверушек прямо в воздухе, а люди и маги – с помощью магических стрел.
И судя по количеству магической пыльцы на костюме Лиса – он весьма преуспел в этом деле.
– В воровском квартале не учат манерам? – возмутился Хард, недовольный резким вмешательством. – Все нормальные люди входят в комнату только тогда, когда им разрешили это сделать.
Лис даже не взглянул на Харда.
Вместо этого он уставился на меня и взволновано произнес:
– Лори, нам надо поговорить. Срочно.
– Утром зайди, – заявил с едкой ухмылкой Хард. – Не видишь, мы с женой уже в постели лежим?
– Она тебе не настоящая жена, – саркастично парировал Лис, дразня дракона.
– Это ты так думаешь, – таким же саркастичным тоном объявил Хард. – Мы с Лори любим друг друга и уже даже выбрали имена нашим детям.