– Добрейшего утречка! – Хард дружелюбно расставил руки в стороны, будто приветствуя старого друга. – Я за тебя волновался. Ты где шатался?
Лис перевел на него взгляд, и его глаза моментально налились кровью.
– Ты! – рявкнул Лис и ткнул в дракона пальцем. – Сукин ты сын! Это ты сделал!
– Что сделал? Принес тебя в дом Хансенов, а не оставил на полу подвала в лесной хижине? Так за это благодарят, а не оскорбляют. Лори, ты его слышала?! Твой друг не знает слова «спасибо».
– Заткни свой рот. – прошипел Лис сквозь зубы и повернулся ко мне. – Лори, закрой, пожалуйста, глаза.
Я крепко зажмурилась, повинуясь. Не прошло и нескольких секунд, как раздался скрип открывающейся дверцы шкафа.
Когда я открыла глаза, Лис уже застегивал брюки. В каждом его движении сквозила злость.
– Этот кретин раздел меня и подбросил в постель к старушке, с которой грозился вчера меня свести! – пояснил раздраженно он.
– Опять обвинения… – возмутился Хард. – Я тебе сюрприз хотел сделать! Тебе и старушке! Уверен, она его оценила по достоинству, ведь она щедрой души дама. Это тебе, идиоту, не угодишь. А я, между прочим, в первую очередь ради твоего счастья старался!
Не знаю, понимал ли сам Хард, насколько нелепо и смешно выглядят его оправдания? Мне кажется, понимал и сейчас просто издевался над Лисом.
Ведь никто в трезвом уме никогда не поверит, что им руководили благие порывы. Судя по бешеному взгляду Лиса, Хард надавил на больное. Старушка-то точно была рада такому подарку ранним утром… Она вчера весь вечер строила глазки Лису и намекала ему, что находится в поисках молодого любовника, которого готова содержать.
Мне было и смешно и, одновременно, жалко друга. Оставалось надеяться, что он не пострадал от рук голодной женщины.
На скулах Лиса заиграли желваки, а ноздри начали активно раздуваться.
– Успокойтесь, – взмолилась я, чувствуя, что назревает очередная драка.
– Разумеется, – Лис мило улыбнулся и… набросился с кулаками на Харда.
От неожиданности Хард врезался спиной в смежную дверь и, потянув за собой противника, исчез в ванной.
Я взвизгнула от испуга и вскочила с постели.
Поспешила вслед за мужчинами, взывая к их рассудку. Но сейчас ими правила только сила.
Они врезались в стену и разбили два небольших шкафчика и зеркало.
Никогда я не ощущала себя настолько злой и, в то же время, беспомощной.
Звук разбитого стекла ненадолго привел их в чувство. Одновременно с этим полотенце Харда сползло с его бедер и оказалось на полу.
Я стыдливо отвела глаза в сторону.
– Оденься! – рявкнул запыханный Лис.
– Я не стесняюсь. У меня, в отличие от тебя, есть что показать.
Раздался разъяренный рев Лиса, и… драка возобновилась.
Я спряталась за ванну, в которой до сих пор находилась вода после купания Харда.
Мужчины повалились на пол. Я едва успевала следить за дракой. Картинка менялась с молниеносной скоростью: кулаки, обнаженный зад Харда, спина Лиса…
– Я прошу, успокойтесь! – рявкнула я. разгневанная донельзя и, взмахнув рукой, попыталась слегка окатить их водой.
Вот только вместо лёгкого всплеска мужчин окатило такой мощной волной, что они отлетели к стене.
Я с ужасом уставилась на свою ладонь и медленно перевела взгляд на мыльную воду, которой в ванне почти не осталось. Нервно сглотнув, я растерянно посмотрела на Харда и Лиса.
Они отплевывались от воды и пытались прийти в чувство.
Хард дотянулся до своего мокрого полотенца и, набросив его на бедра, прислонился спиной к стене… Он смотрел на меня и улыбался, как идиот.
– Стихийница, значит, – заключил он устало. – Поздравляю с возвращением магии, Лори.
Я снова уставилась на свои ладони, пытаясь осознать произошедшее. Ко мне вернулась магия?! Я что, маг стихий?!
А кто же тогда королевский целитель?
Мы с Лисом встретились взглядами.
Он, подобно Харду, сидел у стены и тяжело дышал, приходя в чувство.
Я посмотрела на его худощавый, жилистый торс и обомлела: прямо на моих глазах все его раны и ссадины, недавно полученные в драке, начали исчезать.
– Бадди, – прошептала ошарашенно. – Ты прямо сейчас исцеляешься…
– Ты о чем? – нахмурился он и опустил голову. – Ой, мать твою! – оценив происходящее, он, как ошпаренный, вскочил на ноги. – Лори, что происходит?!
Улыбка Харда испарилась. Он молча наблюдал за исцелением Лиса, затем вдруг схватил его за руку и водрузил ее на свое плечо, поврежденное осколками зеркала.
Пять секунд понадобилось, чтобы кожа Харда стала чистой… Никаких следов травмы.
Лис раздраженно отдернул свою руку и взглянул на свою ладонь. Между его пальцами витало слабое зелёное сияние.
– Твою мать, – простонал Хард. – Ну, здравствуй, королевский целитель…
Хард стоял рядом со мной, одетый в свой вчерашний маскарадный наряд и уже полчаса демонстрировал агрессивно-милое дружелюбие.
– Да брось, Барри! Мы же друзья! Разве друзья бросают друг друга в беде?
Лис, одетый в серые брюки и белую рубашку, сидел на постели, подперев руками голову, и задумчиво смотрел в пол. Правда, после реплики Харда бросил в нашу сторону уничтожающий взгляд.
Я неуверенно улыбнулась и, приподнявшись на носочки, прошептала Харду:
– Он Бадди, а не Барри.