Зачем? Для чего? Почему?... Вопросы неуместны, особенно сейчас, когда она сидит на холодном полу около батареи, которая жжет кожу, а по ее голове гуляет колючий ветер из открытого окна. Столкновение двух стихий, двух сил природы... Тепло и холод... А ведь это Он: холодный, расчётливый, независимый, равнодушный, бессердечный, бесчувственный, эгоистичный. Но в то же время: страстный, пылкий, самоуверенный, желанный... Желанный... Издав жалобный стон, девушка сжала голову коленями, глотая слезы, с которыми смешивался сладкий привкус крови из прикушенный губ. Она не любила плакать, она ненавидела плакать, она презирала себя, когда плакала. Но это были не ее слезы — это слезы ее души, которая стонет от боли, причиненный не только духу, но и телу. Боль. Но реально ли это боль? Только это ощущала она? Нет. Чувство заполненности, легкости и невероятной свободы, – вот что присутствовало в ней всего несколько минут назад. Когда он ее целовал, когда он ее касался, когда он шептал ей на ухо всякую ерунду, которая на тот момент была необходима, чтобы не сойти с ума и не закричать. Когда он просто был. Был тут. С ней. Рядом. Рядом... брюнетка резко вскинула голову. А ведь правда... Он же не может совсем ничего не чувствовать. Просто не может! Значит, это был шаг вперед, и он... он... Она вскочила на ноги, окрыленная своими мыслями. «Теперь все изменится», с блаженством думала она, хватая свою одежду и проскальзывая в ванную комнату, где в течение десяти минут приводила себя в порядок: приняла душ, расчесала волосы его расческой (как маленькая влюбленная глупышка), смыла растекшуюся тушь и размазавшуюся помаду, стирая ее полностью — губы и так соблазнительно красные. Повертевшись перед зеркалом и удостоверившись, что не выглядит как у-меня-только-что-было-это-самое, и, нацепив самую обворожительную и таинственную улыбку, на которую только была способна, предназначенная только одному человеку во всем мире, спустилась вниз. Все было по-прежнему. Хотя нет. Ничто никогда не станет прежним. Теперь у нее есть тайна, у них есть тайна, одна на двоих, и, проходя мимо подростков, она улыбалась им, понимая, что ни один из них не является сейчас и в половину счастлив, как она. Вдруг музыка стала тише, и послышался громкий голос, призывающий всех пройти в главную гостиную. Посередине стоял Брайан, держа в руке магнитофон. Когда комната наполнилась до отказа, и все остальные столпились около входа в нее, он кашлянул:
– Что ж, всем спасибо, что пришли, – он выглядел все так же безукоризненно, будто ничего не произошло. Никому бы и в голову не пришло, чем он занимался всего пятнадцать минут назад. Толпа закричала, показывая свое довольство вечеринкой, – и спасибо всем за подарки, – та же реакция и свист, – но, к сожалению, уже поздно. Пора расходиться, народ, – люди недовольно загудели, но парень покачал головой, – серьезно, все, пора, – помычав еще немного, толпа стала расходиться, выливаясь из дома кучками. Чаку пришлось подхватить Линдси и Айзека, хотя сам едва держался на ногах, и Алан, отвертевшись от своего Ангела, подхватил друга, помогая им выйти. Брайан стоял около двери, еще раз благодаря всех и улыбаясь. Лекс нерешительно подошла к нему.
– А я … я могу остаться?, – тихо спросила она, нежно смотря на него. Тот нахмурился.
– Зачем?
– Ну …, – брюнетка опешила, прикусив губу, – нам же нужно поговорить?.., – закончила она вопросительно. На какую-то долю секунды ей показалось, что он сейчас опять спросит «о чем», но к ее облегчению, он пожал плечами.
– Приходи завтра к пяти. Может, заодно поможешь убраться, – он озарил ее слабой улыбкой. Ей чудилось, что теперь в каждом его слове и жесте скрыта какая-то информация, понятная только ей, словно каждым жестом он говорил ей десять самых волшебных букв на свете. Поэтому, раскрасневшись от счастья, она схватила сумочку и, оставив долгий поцелуй на его щеке, подмигнула ему и вышла из дома, пошатываясь на каблуках. Пройдя несколько метров, она обернулась, видя, что дверь закрылась, и свет начинает медленно гаснуть в окнах, один за других гас цветной огонек. Ее взгляд скользнул выше, к окну комнаты, которая стала теперь ее жизнью, и, к своему удивлению и смеху, она только поняла, что они были в его комнате. Хихикая себе под нос, Лекс шла дальше, глядя в лужи, в которых отражались тысячи звезд, переливаясь и подмигивая ей, обещая, что сохранят ее тайну.
* песня Jessy J – Hero
====== Главы 31 – 40. ======
Глава 31.
