Мой темный Ромео полностью

– А теперь. – Он ввел в меня два пальца, согнул их, и воздух наполнили звуки окутавшей их влаги. – Можно мне, пожалуйста, вылизать мою жену, трахнуть ее, а потом вылизать снова? Я отменил все встречи на сегодня, специально чтобы этим заняться.

Ромео вынул пальцы и начисто их облизал.

Я ухмыльнулась.

– Можно.

Я была так удовлетворена и измотана, что все мышцы в теле ныли от боли. Ромео стоял у плиты и разогревал молоко для горячего шоколада. Белого питьевого шоколада от L. A. Burdick, который он поручил Хэтти заказать для меня в преддверии зимы. Он впервые сделал для меня что-то хоть отчасти романтичное.

Это ничего не значит, Дал.

И все же я не смогла внять собственному предостережению.

Ромео высыпал в кастрюлю две мерные ложки смеси.

– Раньше я брал с собой кружку шоколада на занятия каждый раз, когда опускалась температура. Даже во время учебы в Массачусетском университете, где ближайшие заведения находятся на Гарвардской площади или на другой стороне моста.

Я притворно ахнула.

– Хочешь сказать, что ешь что-то, помимо брюссельской капусты и куриной грудки? – Мой взгляд был прикован к его мускулистому предплечью, пока он взбивал смесь. Боже правый.

– Поймешь, когда попробуешь.

Сказать по правде, я бы попросила добавки, даже если бы на вкус этот шоколад был как жидкий навоз – лишь бы воочию наблюдать такое порно с участием его предплечья, пока он его готовит. Я наслаждалась его видом. Раздетый по пояс, восхитительно сильный и почти мой. Его мышцы напрягались от каждого малейшего движения. Загорелое тело покрывал тонкий слой испарины. Я с удовольствием наблюдала за ним со своего места, которое час назад занимала Хэтти.

– Я заказал копии твоих помолвочного и обручального колец. – Ромео налил шоколад в мою кружку в форме котла с заклинаниями Генри Плоткина. – Их должны доставить в конце недели.

Мое глупое сердце затрепетало в груди. Было очень сложно сдерживать чувства, когда так хотелось дать им волю. Смотреть, как они растут, развиваются и раскрываются.

Я изобразила скуку.

– А что насчет твоего кольца?

Ромео слизал с большого пальца остатки молока и поставил кружку передо мной. Свежие взбитые сливки и мятная посыпка. Все как я люблю. Неужели он обращал внимание?

Ромео сел напротив меня.

– Мое кольцо должно прибыть примерно в то же время.

Я слышала все, что хотела услышать. Почему это не принесло мне удовлетворения? Все ли дело в розе, которая неспешно погибала, прежде чем Ромео успел в меня влюбиться? Или у меня просто нет настроения? Шалят гормоны? Настигла тоска по дому?

Я сосредоточенно размешивала горячий шоколад чайной ложкой.

– Печенька?

Я подняла взгляд.

– Да?

Он нахмурился.

– Почему у тебя такой печальный вид?

Потому что ты по-прежнему ничего ко мне не чувствуешь. Просто принимаешь, что я твоя. Как принимают нового коллегу или соседа. Первого встречного, который вошел в твою жизнь и остался в ней навсегда.

Я пыталась подавить чувство безысходности, но не смогла. Мне не давала покоя мысль о том, что сегодня я лягу с ним в постель, делясь своим телом, но не делясь при этом размышлениями.

Я махнула рукой между нами.

– Потому что все это не по-настоящему.

– Поясни.

– Это. Мы. – Я вздохнула и отодвинула от себя шоколад. Если мне не хочется сладкого, значит, все серьезно. – У нас так много общего, но вместе с тем – совсем ничего. Ты не знаешь меня. Толком. Даже не пытался узнать больше обо мне. Ты открылся мне, и я благодарна за это. Но ты ничего обо мне не знаешь. Никаких заманчивых мелочей, которые сделали бы меня более привлекательной в твоих глазах. Ты не знаешь, какой у меня любимый цвет. Любимое блюдо. О чем я мечтаю…

– Твой любимый цвет – голубой. – Господи, его голос мог звучать еще более безразлично?

Но он был прав. А я потрясена.

Ромео откинулся на спинку стула и пожал плечами.

– Ты всегда носишь голубой. Он подчеркивает твой загар. И тебя манят вещи голубого цвета. От чехла для телефона с Генри Плоткиным до твоей любимой сумочки Chanel – все голубое. А что до любимого блюда, то это ломо сальтадо. С дополнительным ахи верде[48]. – Даже малейшая его ухмылка посылала лучи страсти прямо в мою кровь. – Ты заказываешь его трижды в неделю. Курьер уже почти выучил код от наших ворот. Ты всегда для разнообразия меняешь блюда, когда заказываешь в любом другом ресторане, кроме перуанских.

В точку. Снова. Возможно, я была проще, чем думала. Я подавила улыбку, понимая, что стоит дать ей волю, и Ромео увидит, как глупо я в него влюблена. О нет. Так ведь и есть? Я влюблена в Ромео Косту. В самого черствого, самого нечуткого мужчину на земле. В бога войны.

Во рту пересохло. Адреналин развеял вызванную оргазмом сонливость.

– Но ты не знаешь, какова моя мечта. Настоящая. Не те, которые я называю в шутку.

Он выгнул бровь.

– Дети?

Я помотала головой.

– Это цель, а не мечта.

– Тогда нет, не знаю. Какая у тебя мечта, Даллас Коста?