Ромео Коста: Это не может подождать? Он вот-вот сделает объявление.
Конечно же, Старший так и сделал.
– С настоящего момента я оставляю пост генерального директора «Коста Индастриз». Моим последним делом в этой должности станет объявление кандидатуры преемника…
Кара Эванс: Мне только что сообщили, что Мэдисон Лихт направляется к вашему дому.
– Полегче. Я еще даже не назвал твое имя, Ромео. Вот же молодежь пошла… – Он покачал головой. – Какой энергичный. – Разрозненные смешки эхом отразились от стен. Я направился прямиком к выходу позади Старшего, отчего он недовольно надул впалые щеки. – Ты куда, сынок? – Его слова раздались из каждого микрофона в зале.
Я не ответил ему. Отец жестом велел охране преградить мне путь. Четверо человек в костюмах обступили меня полукругом. Я мог бы их одолеть. Меня подпитывал богатый опыт в драках и спешка на грани паники.
Но, не желая тратить время, я обратился к Старшему.
– Мэдисон Лихт вышел под залог и едет ко мне домой. К моей
– Предупреди охрану.
– Уже предупредил.
Шепот акционеров вокруг нас стал громче. Брюс поднял голову от подноса с выпечкой, на который выплескивал свои ожидания, увидев, как солнце показалось из-за туч впервые с тех пор, как мой отец объявил о своем решении.
Старший прокашлялся, не привыкший к тому, чтобы его авторитет публично подвергался сомнению.
– Больше ты ничего не можешь сделать. Ежегодное собрание акционеров проходит только раз в год. Сядь.
Я обратился к его лакеям, не обращая на отца внимания.
– Дам по миллиону долларов каждому, если уйдете с дороги. – Они переглянулись, пытаясь понять, исполню ли я обещание. – С каждой секундой предложение уменьшается на сотню тысяч. Одна… – Они умчались за дверь.
Стоявший за трибуной Ромео-старший до сих пор не уловил, что, по сравнению с Даллас, уничтожение «Коста Индастриз» вообще ни хрена не значит.
– Сядь, Ромео Коста-младший, иначе, клянусь, ты больше никогда не переступишь порог этого зала, а тем более в должности генерального директора «Коста Индастриз».
Я ушел не оглядываясь.
Когда я вышел из здания, у обочины остановился «Майбах». Должно быть, Кара оповестила Джареда. Я забрался на заднее сиденье и достал из кармана телефон.
– Куда, босс? – Джаред рассматривал меня в зеркало заднего вида, опустив фуражку на глаза. Как-то раз Даллас донимала меня просьбами освободить его от необходимости носить униформу. Утверждала, что в ней он наверняка чувствует себя цирковой обезьяной.
Когда она предложит что-то в следующий раз, пусть даже пожертвовать мои почки науке, я сделаю это без промедления.
– Домой. – Мне удалось не переходить на крик. – Как можно быстрее.
Джаред коротко кивнул, достал бутылку воды из стоящего рядом с ним мини-холодильника и, как и всегда, передал ее мне. У меня не было времени на установленный им распорядок.
Сунув бутылку под мышку, я отправил сообщение Заку и Оливеру.
Ромео Коста: @ZachSun, как быстро ты можешь отследить местоположение Мэдисона Лихта?
Олли фБ: В окружной тюрьме? Следственном изоляторе ФБР? Или, если есть бог на свете, в секретной тюрьме ЦРУ?
Я отпил воды, изо всех сил стараясь не терять самообладание в ожидании нормального ответа. Я приеду вовремя. Должен приехать.
Ромео Коста: Он вышел под залог.
Олли фБ: Черт.
Зак Сан: Если телефон при нем, то за минуту. Погоди.
Ромео Коста: @ZachSun, закончил? Уже прошла чертова мину…
По коже побежали мурашки, приподнимая каждый волосок на теле. Будто меня ударило током.
Но я не смог допечатать сообщение. Приступ тошноты сразил, словно удар кулаком в живот. С губ сорвался гортанный стон. Я поднял бутылку, собираясь сделать еще глоток, и заметил, что у меня дрожат руки.
У меня никогда не дрожат руки.
Я мысленно перечислил симптомы. Дрожь в руках. Затрудненное дыхание. Затуманенное зрение. Все мое тело выворачивало наизнанку, будто внутри извивались змеи. Джаред бросил на меня взгляд в зеркало заднего вида и поспешил перевести его обратно на дорогу. Я никогда и ни с чем не спутаю чувство вины. И могу почувствовать вкус предательства за тысячу миль.
Меня отравили.
Мэдисон или Брюс? Тут не о чем даже думать. Конечно, Мэдисон. Брюс тоже был коварным, но слишком заурядным для убийства. Он был безобиднее игры в софтбол.
Должно быть, Мэдисон заплатил моему водителю, чтобы тот меня убил. Проблема в том, что я понятия не имею, что подмешано в воду. Неизвестно, насколько плохи мои дела и какое противоядие. Сомневаюсь, что Джаред сам это знал.
Одно ясно наверняка: говорить с ним об этом сейчас, когда я так слаб, что едва дышу, было бы ошибкой. Вновь сосредоточившись на телефоне, я набрал одно-единственное слово. Отравили.
