В сентябре 1957 года заканчивался третий год моей с товарищами-однокурсниками учебы в аспирантуре. Наступил момент, когда надо было решать вопрос об устройстве на работу. Среди преподавателей нашей кафедры в качестве доцентов-совместителей работали научные сотрудники Института Маркса, Энгельса, Ленина при ЦК КПСС – заместитель директора и заведующие секторов А. Н. Консульников, М. Д. Стучебникова и М. Я. Панкратова. Нередко, если не сказать по традиции, они имели возможность лучших своих учеников устраивать на работу в институт в качестве младших научных сотрудников. Так произошло и на этот раз. Место в секторе В. И. Ленина было предложено мне, Юре Воскресенскому и Борису Яковлеву. Прежде чем принять это предложение, я проинформировал об этом секретаря нашего факультетского партийного бюро Юрия Михайловича Сапрыкина, у которого был тогда заместителем по организационной работе. Понимая мои обстоятельства, он рекомендовал мне принять это предложение, так как вакансий на историческом факультете в то время не имелось. После официального собеседования с А. Н. Консульниковым нам троим было предложено написать заявления о приеме на работу в качестве младших научных сотрудников в сектор В. И. Ленина. Мы это сделали и стали ожидать решения дирекции, которое должно было пройти согласование в организационном и идеологическом отделах ЦК КПСС. На это согласование ушло некоторое время, мы формально и оставались до сентября еще аспирантами истфака. В конце июня это решение было принято в отношении меня и Бориса Яковлева, мне и ему об этом было сообщено официальным письмом, где нас уведомляли, что мы приняты в институт на должность младших научных сотрудников научного сектора Владимира Ильича Ленина. К сожалению, Юра Воскресенский такого письма не получил. Он очень переживал отказ. Мы ему сочувствовали, испытывая некоторую неловкость за своего друга. Но, как говорится, что ни делается, все делается к лучшему. Юра, конечно не сразу, сделал удачную карьеру в Институте истории Академии наук СССР, став там заведующим сектором истории индустриализации. Но и мне по стечению изменившихся обстоятельств не пришлось работать в назначенной должности высокоавторитетного идеологического института. Случилось это очень неожиданно. Получив письмо из ИМЭЛа, я показал его в партийном бюро Юрию Михайловичу Сапрыкину. В тот день там решался вопрос об отправке на целину факультетского студенческого отряда более чем в сто человек для участия в уборке урожая. Наученное горьким опытом прошлой трагедии, партийное бюро очень ответственно обсуждало вопрос о составе этого отряда и его руководстве. При обсуждении этого вопроса я не присутствовал, считая себя уже как бы демобилизованным из состава партбюро. Пришел я лишь попрощаться со своими партийными товарищами, а мне вдруг объявили, что партбюро приняло решение назначить аспиранта Левыкина Константина Григорьевича командиром целинного отряда 1957 года. В ответ на это я прочитал им письмо, но все сразу завозмущались, сначала оттого что секретарь партбюро своевременно не поставил перед деканом факультета и проректором МГУ по группе гуманитарных факультетов вопроса о целесообразности оставления меня в университете в должности ассистента. Этот запоздалый разговор о моей дальнейшей судьбе закончился тем, что Юрий Михайлович, как только закончилось заседание, взял меня, как школьника, за руку и повел в кабинет проректора Михаила Максимовича Соколова.
