– Ты волосы собиралась мыть? – неожиданно поинтересовался Рашхан, будто и не заметил моего состояния.
Я с трудом оторвалась от созерцания капель, бежавших по его плечам, и только сейчас осознала, что все еще держу в руках флакон с шампунем.
– Да.
– Давай помогу. Позволишь?
– А тебе нужно для этого разрешение? – ошарашенно выпалила я и прикусила губу.
Рашхан вдруг тепло улыбнулся. Ощущение близости в этот момент стало совсем зашкаливающим.
– Тактичность никто не отменял даже здесь, когда мы оба обнаженные в душе, – выдал Рашхан и коснулся моей руки, забирая шампунь.
От его такого простого прикосновения по коже будто прошелся разряд тока, и я тяжело задышала. Сказать ему прямо сейчас, что я до одури хочу его и не готова больше ждать? На ногах ведь едва держусь… Но слова почему-то замерли внутри, и смелости на них не хватило.
Мы так непросто к этому шли, что, пожалуй, мне до сих пор не верится в происходящее. И вовсе не хочется торопиться, а наслаждаться каждым моментом этой первой, нашей настоящей близости.
Это было так себе решение, и поняла я это прямо в следующее мгновение. Что со мной творилось, пока Рашхан просто мыл мои волосы, не передать словами. Он касался лишь моих прядей, а я буквально сгорала от желания. И, сдается, даже если бы я сейчас включила ледяную воду, это бы ни капли не помогло. Ничего бы не помогло, если честно. Только он сам, мужчина, который, наконец-то, стал бы моим.
Его пальцы заскользили по шее, потом ниже по спине, смывая пену, губы коснулись моей щеки, и Рашхан развернул меня к себе. Все это время мы молчали, а притяжение между нами росло и росло.
В каком-то оцепенении я смотрела, как Рашхан вылил на ладони гель для душа. А когда его руки медленно, изучающе и осторожно заскользили по моему телу, перед глазами все поплыло. Я уцепилась за плечи Рашхана, обожглась о его твердое горячее тело, да так и замерла, не в состоянии больше сдвинуться с места, ошеломленная новыми для меня ощущениями.
– Ты такая красивая, Ева, – хрипло заметил он.
– Что? – поразилась я его мыслям в этот момент, мои-то были весьма далеки от приличных.
– Здесь, – прошептал он, скользя пальцами по моей спине. – И здесь, – спускаясь ниже и ласково поглаживая ягодицы. – И здесь, – его пальцы моментально переместились и коснулись низа живота, и я, не сдержавшись, охнула и уткнулась ему в плечо.
В следующее мгновение вторая свободная рука Рашхана приподняла мою голову, и его губы накрыли мои. Поцелуй, глубокий и чувственный, длился, пока нам хватало дыхания, а потом повторился, не давая мне возможности даже простонать в ответ на то, что его осторожные, нежные и настойчивые пальцы в это время все еще творили со мной, лишая всех последних сомнений и мыслей. Теперь остался только мой мужчина, горячий и желанный, и это немыслимое напряжение между нами.
– А теперь смотри на меня, мой свет, – вдруг попросил он, прижимая меня к стене и скользя пальцами еще глубже, но по-прежнему бережно и медленно.
Кажется, я окончательно пропала в этих пронзительных голубых глазах, а тело целиком и полностью подчинилось власти моего мужчины.
– Так хорошо?
Я что-то промычала в ответ, едва сдерживая то ли стон, то ли крик.
– Ева, я очень не хочу своими прикосновениями тебя ранить. Я этого не вынесу. Ответь, пожалуйста.
Наши глаза встретились. И его, такие любящие, искренне беспокоящиеся сейчас за меня, разрушили какой-то последний барьер, что еще оставался внутри. А следом пришло и осознание, насколько ему, похоже, важно, чтобы мне с ним, мужчиной, которого все боятся, было хорошо.
Я взяла его лицо в свои ладони.
– Ты меня с ума сводишь, Рашхан, – созналась честно. – Со мной ты можешь быть собой и не бояться этого. Ты именно таким мне и нужен. Настоящим.
Сверкнули светлой синевой глаза, он чуть повернулся, целуя мою ладонь, а после притянул меня к себе, жадно находя мои губы. Я прижалась к нему, заскользила ладонями по крепкой спине, но в следующее мгновение Рашхан добрался до моей груди, и все, что я могла, пока он ласкал меня, лишь сдавленно стонать и вновь цепляться за его плечи.
Но на этом мой адмирал останавливаться явно не собирался, спустился ниже, к животу, и ощущения стали какими-то совсем запредельными. Кажется, я так потеряю рассудок от желания, пока он нежно-нежно, явно сдерживая сейчас свою страсть, выписывает губами и языком узоры по моей коже.
– Рашхан, – позвала, чувствуя, что готова сорваться на крик, так остро мне сейчас не хватало его.
Мои пальцы покалывало, губы жгло от его недавних поцелуев, а тело жаждало этого самого первого мужского проникновения, как ничего другого.
– Какая же ты хрупкая, свет мой, – прошептал он, даже не думая отпускать и продолжая ласкать меня.
– Не настолько, как ты думаешь, – простонала я, потому что этот мужчина творил со мной совсем невообразимые вещи. – Рашхан, – снова позвала я, чувствуя, как подхожу к грани. – Присвой уже меня себе окончательно и бесповоротно.
