К пальцу женской фигуры оказалась привязана толстая красная нить. Марта аккуратно сняла нить и пошла вслед за ней, сматывая клубок. Преодолев комнату под проливным дождем, она оказалась возле закрытых дверей шкафа, куда и уходила нить. Но внутри ее ждало далеко не то, что она ожидала увидеть. Позади ветхой одежды на вешалках вместо задней стенки прятался круглый проход в соседнюю комнату.
Здесь пахло сыростью, а мебель и прочий хлам укрывали белые простыни. Марта просочилась между них и добралась до входной двери. Там ее ждало продолжение пути по длинному коридору. На стенах горели лампы, не оставляя темноте ни единого шанса. Тут и там висели прямоугольные фотографии, запечатлевшие мгновения жизни юной девушки от самого рождения. В реальном мире этих фотографий не существовало – они хранились в ее памяти в той самой коробке, которую однажды Марта нашла вместе с Августом. Счастливые и грустные моменты перемешивались, образуя единую историю.
А нить тем временем вела и вела вперед, пока Марта не добралась до лестницы на чердак. Когда она забралась наверх, у нее в руках уже был внушительный клубок. Большое пространство по периметру украшали широкие цветные ленты, а в самом центре стоял круглый столик, на котором ожидал своего часа магнитофон, какой Марта видела только в фильмах давно минувших лет. Рядом с магнитофоном лежал еще один конверт.
Марта нажала на кнопку, и кассета внутри ожила. Поначалу слышалось только тихое шипение, но затем появилась музыка. Такая же старая, как и сам магнитофон.
Половые доски скрипнули, выдавая человека, что скрывался в тени. Возле окна, спрятав руки в карманы стоял Август с довольной улыбкой.
– Привет, – сказал он.
– Привет, – ответила Марта.
– Как насчет того, чтобы потанцевать?
– Что? – ее глаза от удивления распахнулись. – Я не танцую.
– Я тоже не танцую. Тогда как насчет того, чтобы ритмично и не очень подергаться под музыку? – Август снял пальто и откинул в сторону. – Вот сейчас начнется другая песня и приступим.
– Что? – еще больше удивилась Марта.
Август подошел ближе и оказался по другую сторону столика с магнитофоном. Он закрыл глаза и поднял указательный палец вверх, покачивая головой в такт музыке.
– Что? – это уже больше напоминало заевшую пластинку.
Первая песня закончилась, сменившись короткой паузой, а потом тут же раздались громкие аккорды множества инструментов, поддерживаемые женским голосом. Прямо на глазах Марты Август начал танцевать, совершенно ничего не стесняясь, что привело ее в оцепенение, так как она представила, как танцует сама.
– Давай же, – Август постарался перекричать музыку.
– Нет, – настолько тихо ответила Марта, что Августу пришлось догадываться по движению ее губ.
Он нажал кнопку стоп, и музыка исчезла, погрузив чердак в полную тишину.
– Почему? – отдышавшись спросил Август.
– Я не… не хочу.
– А еще?
– Что еще? – Марта непонимающе уставилась на друга.
– Мы оба знаем, что это общая отговорка, которую всегда удобно использовать для того, чтобы от тебя отстали. Но что на самом деле?
– Ничего, – настаивала Марта, чувствуя, как под нажимом Августа трещат стены ее защиты.
– Я могу сказать за тебя, потому что знаю. Но лучше, если это скажешь ты сама.
