— Не обращайте внимания, Боб чутка перебрал с виски. Мы простые местные работяги. Боб и мой племянник Тобиас работают на фруктовых плантациях, Ленни помогает в автомастерской, а у меня скромный бар в ближайшем посёлке. Выбрались с ребятами на выходных пострелять местных птичек.
— Простите, я не расслышал как вас зовут. — Присутствие Марка за своей спиной я почувствовала раньше, чем услышала его голос. В тоне его вопроса открыто сквозила враждебность, но светлоглазый в ответ лишь добродушно ухмыльнулся.
— Как, разве я не представился? Прощения просим. Маркусом меня кличут.
На приветственно протянутую руку мой Зазнайка ответил крепким, возможно слишком крепким, рукопожатием. Напряжение из его глаз так и не ушло, когда он присел рядом со мной. Пригубив из протянутой ему мужчиной фляги, Марк поморщился и решительно вернул флягу владельцу,
— Нам нужно позвонить друзьям. У вас ведь есть мобильные?
— Само — собой, — ухмылка главаря компании стала ещё шире. — Куда же нынче без них? Обязательно позвоните! Немного позже. Мы же ещё толком не познакомились. Я вот назвался, а эту красавицу как звать, так и не знаю…
— Кристи, — смутилась я. С набитым ртом имя прозвучало невнятно, но мужчина расслышал, негромко повторив и одобрительно кивнув. — Моего брата зовут Марк.
— Откуда вы, ребята? — Тот, которого звали Лени, подал мне бутылку из-под лимонада. Буроватая жидкость в ней была похожа на воду.
— Из Лос-Анжелеса, — мой голос дрогнул, следом за внезапно сведшей горло судорогой.
— Кушай, деточка! — в руках мужчины появилась миска с печёными овощами. — Потом расскажешь. Что-то ты совсем неважно выглядишь…
— Её укусило что-то в лесу, — отломив небольшой кусок лепёшки, Марк запихнул его в рот. — Не змея, это точно. Думаю, какое-то насекомое. Мы не разглядели в траве…
— Что-то мерзкое, — кивнула я, отпивая тепловатой воды из пластиковой бутылки и пытаясь удержать вертикально измождённое тело. Вода, благополучно добравшись до желудка вдруг взбунтовалась, но тошноту удалось сдержать. Сцепив зубы, я с трудом пояснила. — Укусили в плечо. Вначале было очень больно, но теперь почти не болит. Правда, рука онемела и голова немного кружится…
Один неуловимый, словно случайно брошенный взгляд и Марк пододвинулся ближе, невзначай облокотившись рукой о бревно за моей спиной.
— Нам необходимо в город! Любой, где есть медицинская помощь. Дайте телефон!
— Ох ты, какой торопливый! — Голос Маркуса звучал безмятежно ровно, убаюкивая неторопливой уверенностью. — Не суетись, парень. Дай-ка, я сперва гляну, что там с малышкой…
Удивительно легко для таких внушительных габаритов, Маркус в несколько шагов оказался рядом со мной и участливо заглянул в лицо,
— Ты ведь покажешь дядюшке Маркусу где болит?
— Отстаньте от неё! — втиснувшийся между нами Марк готов был взорваться. — Ей нужна помощь врача!
— Считай — сейчас я врач! Другого ты здесь не найдешь, а девчонка может загнуться. Как по мне — она совсем плоха! Хочешь к утру закапывать её труп на том краю поляны? Или дашь мне взглянуть?
Марк колебался. Я видела это в его сжатых губах, напряженно сведенных пальцах, впившихся в моё колено. Я видела, поэтому приняла решение сама, осторожно спустив левой рукой тонкую шёлковую лямку с правого плеча.
— Я не против. Посмотрите…
По тому, как мужчина протяжно присвистнул, едва взглянув мне на спину, поняла безоговорочно — дело плохо. Шершавые, узловатые пальцы неспешно пробежались по коже, очертив круг в районе лопаток, и спустились на мою руку. На повторяющийся вопрос «Тут больно? А тут?», я послушно качала головой — «Нет, я ничего не чувствую». Это было правдой. Боли не было, как и ощущения от его прикосновений. На просьбу пошевелить пальцами правой руки я откликнулась охотно, но из затеи ничего не вышло. Пальцы оказались не более послушны, чем жутко раздувшаяся, синеватая рука.
— Ндааа… — тон, которым это было произнесено, не сулил ничего обнадёживающего. — Ндаааа. Хреново дело. Не знаю, кто тебя так, в наших местах полно поганой живности. Коричневый паук — отшельник, древесный скорпион, ядовитые муравьи — выбирай на любой вкус, дело это мало меняет. Укус воспалился и загноился, да и отек разошёлся неслабо. Это аллергия. Дальше будет только хуже. Я сделаю что смогу. Подожди тут…
С этим обещанием он на несколько минут скрылся в палатке, и вернулся с небольшой жестяной коробочкой в руках.
— Держи-ка! — на широкой ладони Маркуса белела маленькая таблетка. — Это от аллергии. Хотя, постой-ка… Держи ещё одну, отёк сильный.
С этими словами он вытряхнул из упаковки вторую такую же таблетку. Я проглотила обе и протянула бутылку ему обратно.
— Нее, ещё не всё, — ухмыльнулся мужчина, покачав головой. — Вот выпей ещё, это от жара. Пусть тоже будет две. Много — не мало!
Новая порция таблеток из небольшой пластиковой баночки оказалась у меня перед глазами.
— Не слишком ли много таблеток?! — Марк перехватил запястье мужчины у самых моих губ. — Ей и так плохо!