Первой в рубку ступила моя жена, за ней — второй человек. Шлюзовый проход и без того всегда был достаточно низкий, приходилось наклонять голову, а сейчас глядя на то, как сильно нагибается Оля входя внутрь, я окончательно убедился, что с модулем действительно произошли какие-то метаморфозы — он непонятным образом уменьшился в размерах. Как это возможно? В глубине души теплилась слабая надежда, что я всё-таки сплю.
Второй человек, будучи более высоким, нагибался ещё сильнее, тем самым производя впечатление какого-то совсем уж гиганта на фоне маленького прохода. И хоть человек не внушал опасности — было в его движениях что-то такое спокойное, что-то заставляющее чувствовать себя в безопасности и дающее понять, что он не должен причинить вреда — все же увидя, что он выше и крепче меня, я сам того не осознавая быстро обшарил глазами темноту вокруг нас, подмечая в рубке те предметы, которые могли бы послужить для меня орудием в данной ситуации.
— Яша, нам очень нужно идти, у нас времени впритык, — второпях затараторила Оля. — До рассвета меньше 5 часов, а до границы леса около 20 километров. Где твой скафандр?
— Леса?
— Всё объясним по дороге, мы должны уходить!
— Нет уж, изволь объяснить сейчас, Оля. Сама посуди, мне каково — днем всё хорошо, мы с тобой прекрасно проводим тут время, потом ты исчезаешь и возвращаешься непонятно с кем, — я на секунду перевел взгляд на второго космонавта. — И гонишь меня куда-то среди ночи, не вдаваясь в подробности. Куда уходить? Зачем? Почему мы должны покидать наш модуль? И что это, прости господи, за тип с тобой?
Она переглянулась со вторым человеком и взявшись за свой шлем, спросила его:
— Здесь же можно?
— Да, воздух должен быть чистый, — ответил тот хриплым низким голосом.
Ничего не понимая, я смотрел как моя жена, отжав специальные клапаны, снимает с себя круглый шлем со стеклянным забралом. В мою голову стало аккуратно прокрадываться осознание происходящего, когда я увидел её лицо — усталое лицо стареющей женщины, испещренное сетью тонких морщинок, с бледным нездоровым оттенком кожи и фиолетовыми впадинами вокруг глаз. Это было то самое лицо моей жены Ольги, сопровождающее меня многие годы, уже давно переставшее иметь что-то общее с юным лицом той студентки в общежитии. Вдобавок ко всему именно сейчас на нем виднелись явные признаки изнеможения, которые только усиливали разницу.
— Яков, послушай, — Ольга заговорила очень медленно. — Мы шли сюда больше двух дней. Ты должен знать, что меня не было тут с тобой, и это место — не наш модуль.
Я и сам уже это понял. Понял, но пока ещё не поверил. По спине прошла волна обжигающего холода. Я попытался что-то ответить, но вместо этого только беззвучно пошевелил губами как рыба, выброшенная из моря иллюзий на берег суровой реальности.
— Я думаю, он сможет лучше объяснить, — сказала Ольга и покосилась на своего загадочного спутника.
Человек тоже начал снимать шлем, и моему взору открылись густая темно-рыжая борода с проседью в некоторых местах и такая же густая копна рыжих волос на голове, из-под которой на меня задорно глядели большие и выразительные глаза моего старого-доброго знакомого.
— Константин Сергеевич? — ошарашено промолвил я.
Передо мной воочию стоял тот самый Хайбулов, легендарный капитан, стажировавший нас когда-то и пропавший без вести несколько лет назад. Да, он стал выглядеть старше лет на 20 с нашей последней встречи, и видно, попав в беду, здорово исхудал, но всё-таки не растерял за эти годы своей уверенной осанки и такого особого огонька во взгляде, словно это были глаза не человека, а какого-то озорного кота.
— Ну что, Яшка, охомутала тебя зараза оранжевая? — весело спросил он.
— Я… я не… — слова спотыкались друг об друга. — Извините, я не совсем понимаю.
— Это не ваш посадочный модуль, и с кем бы тут не проводил время до этого, не человеческое оно существо. Копии это всё понимаешь? А, да вижу, что не понимаешь.
Я лишь недоуменно развел руками.
— Короче, в двух словах не объяснишь. Нам действительно надо бежать. Пока эта тварь спит, мы можем удрать из леса. Мы должны успеть до рассвета, иначе захватит она нас, не выберемся уже. Где твой скафандр?
Ничего не ответив, я направился к стеллажу, в котором по идее должны были храниться наши скафандры.
— Включите фонарик кто-нибудь, — попросил я, выдвигая стеллаж из стены, мысленно обращая внимание на его непривычно маленькие размеры.
