Приехали. Парень действительно вылитый китаец. Глаза, правда, не раскосые. Сам высокий, кудрявый, румяный. Но фамилия типичная китайская – Дзянштейн. Разложил меня в кухне на полу, вставил в разные места иголки и говорит: «Каждая точка на теле соответствует какому-нибудь органу. И все эти точки я изучил. Осталось только узнать, какому именно органу они соответствуют».
Из больницы вышел, Володька говорит: «Знаю, чего тебе надо. Будешь заниматься сыроедением. Я в этом деле собаку съел».
Я говорю: «Ну, знаешь, это уже слишком!» – «Да не волнуйся ты, будешь есть сырые овощи».
Я говорю: «Откуда у меня среди зимы сырые овощи?» – «Не волнуйся, сейчас будут».
Стал есть сырые овощи. Утром морковка, днем – свекла, вечером – капуста. Ночью, часа в два, просыпаюсь, открываю холодильник, достаю оттуда колбасу, поплачу над ней – и спать.
Утром глянул на себя в зеркало – вылитый кролик. От лица остались одни уши морковного цвета. Позвонил Володьке, говорю: «Пора это дело кончать, так похудел, что утром себя в постели найти не могу».
Володька говорит: «Правильно, бросай свое сыроедение. Переходи на полное голодание. Это единственное, что тебя может спасти».
Стал голодать. Первые пять дней было тяжело. Сам слышал, как жена подруге говорила: «Ой, Мань, боюсь я за него. Ой, боюсь! Съест он меня, сыроед проклятый!» Но где-то день на седьмой в голове такая ясность, такая отчетливость появилась! То есть ясно и отчетливо вижу, что жить мне осталось дня два. «Все, – думаю, – пора это дело кончать».
Из больницы вышел, Володька говорит: «От чего теперь будем лечиться?»
Я говорю: «Я буду лечиться от глупости, а ты – от сотрясения мозга».
Он говорит: «Так у меня никакого сотрясения нет».
Я говорю: «Не волнуйся, сейчас будет!»
Я как «новым русским» стал, так у меня вообще никаких проблем, кроме секретарши. Мне эту секретаршу один старый русский уступил.
Он сказал: «Девушка так работать любит. Что я не справляюсь. А ты молодой, может, и выживешь».
Она у меня так работала, что я ей каждый месяц зарплату повышал. И только тогда остановился, когда она больше меня получать стала. Нет, вы не подумайте чего плохого. У нас с ней чисто рабочие отношения. И только иногда после работы мы с ней чай пьем. И вот лежим мы с ней, пьем чай, и она мне говорит: «Что ж это мы с вами последнее время все чай да чай?»
Я говорю: «А вы чего еще хотите?»
Она говорит: «Я хочу, чтобы вы пошли в аптеку и попросили себе средство какое-нибудь, чтобы у вас хоть что-то, кроме чая, получалось».
Ну я и пошел. Говорю: «Есть у вас такое средство, чтобы у меня хоть что-то получалось?»
Она говорит: «Слабительное, что ли?»
Я говорю: «Нет, скорее наоборот, мне от слабости».
Она говорит: «Галь, тут какой-то придурок пришел, не поймешь, чего хочет».
Я говорю: «Ну чего ж тут непонятного, мне нужно, чтобы все, что раньше не получалось, теперь шло как по маслу».
Она говорит: «Так бы сразу и сказали. Галь, дай ему касторки».
Я говорю: «Да нет, вы меня не так поняли, дайте мне такое средство, чтобы моя секретарша довольна была».
Она говорит: «Диван, что ли?»
Я говорю: «Да нет, диван у нас уже есть. Мне нужно, чтобы на этом диване что-нибудь получалось».
Она говорит: «Ах вот в чем дело. Тогда вам мазь нужна. Вы за час до этого помажьте, и все».
Я говорю: «Что помазать? Диван?»
Она так внимательно посмотрела на меня и говорит: «Башку себе помажьте. Я вижу, вам надо сначала голову подлечить, а уж потом вы найдете, что помазать».
Ну, я взял мазь, пошел на работу, голову и помазал. Смотрю, а у меня через час волосы на голове дыбом встали, а секретарша в тот день вообще не пришла. А когда мы на другой день встретились, она говорит: «Странное вы какое-то средство выбрали: воздействовать на органы чувств через больную голову. Вот тут, в журнале “Здоровье”, пишут, что есть такое народное средство – сельдерей, которое помогает таким, как вы, стать полноценным мужчиной».
Ну я и пошел на рынок. Нашел там самого полноценного мужчину с сельдереем. У него лицо такое – на велосипеде не объедешь, и такое красное, будто он одним сельдереем закусывает.
Я ему говорю: «А как вашим сельдереем пользоваться, чтобы стать полноценным?»
Он говорит: «Берешь и употребляешь».
Я говорю: «А как его употреблять?»
Он посмотрел на меня так внимательно и говорит: «Ты так вопрос ставишь? Тогда специально для особо тупых объясняю медленно: берешь сельдерей и привязываешь – и будто заново родился».
Я говорю: «А к чему привязываешь?»
Он говорит: «К слабому месту, ты, судя по всему, к голове должен привязывать».
Купил я сельдерей, встретился с секретаршей и говорю: «У вас веревочки нет? Сельдерей привязать».
Она говорит: «Чего уж там веревочки, вам заодно уже и мыло надо».
Я говорю: «Это почему?»
Она говорит: «Потому что из сельдерея надо сок гнать и пить его, пока человеком не станешь».