В самом деле, будь у него страсть к разгадыванию всех этих легенд, он бы непременно захотел здесь побывать. Не сказать, что Томас был совсем чужд любопытства и веры в чудеса, но к энтузиастам он точно не относился. Скорее уж к любопытным туристам, которым сейчас по сути и был. Но стоило признать, что обилие местных легенд могло существенно скрасить его отдых. Всё-таки как ни интересны книги, но разнообразить досуг стоило.
— Не очень много, — хмыкнул библиотекарь. — Большинство туристов считает наш городок чересчур скучным и сбегают прежде, чем столкнутся со странностями. Так уж получилось, что об этом городке не принято рассказывать тем, кто в нём не бывал… давняя история. Лет десять ей уже, наверное.
Таинственности всё прибавлялось, и Честнат не сомневался, что мистер Уэскер намеренно создаёт эту атмосферу загадочности вокруг своей библиотеки. Бабушка предупреждала, что библиотекарь — человек интересный, но парень такого, признаться, не ожидал. Колоритный старик, да и стариком его язык не поворачивается назвать — скорее уж крепкий пожилой человек. Вот любопытно, неужели он в самом деле верит во всё, что говорит? Это казалось невероятным, но его непрошибаемая серьёзность наводила на такую мысль.
— Что за история? — заинтересовался Том.
— Смотри, как-то не очень давно, лет десять назад, это место захотели, как говорится, «облагородить», — ответил старик Уэсси. — Приехали люди из больших высоких домов, закончившие престижные учебные заведения. Местным людям предлагались деньги за то, чтобы они покинули это место. Я бы сказал, что деньги честные. Кое-кто даже считал, что большие. Многие хотели уехать… но были и те, кто хотел остаться.
Он подошёл к одной из картин, где была изображена весьма красивая фея. Не забавная диснеевская, а больше похожая на толкиновского эльфа, только с крылышками. Роковая, красивая, статная. В длинном платье. Слишком длинном, чтобы в нём ходить.
— В основном это были верующие. Те, кто верил в Моргану. В то, что она защищает тех, кто живёт здесь… у них ведь были основания… но это другая история.
Начиналась новая история мистера Уэскера обычно — так всегда случается с местами, которые хотят «облагородить». Именно так крупные города с опутанными электропроводами высотками постепенно вытесняют живую природу. Бульдозеры и экскаваторы выкорчёвывают леса, целые зелёные луга губят химией, выжигают, а на их месте вырастают всё новые и новые высотки. Будто этим людям негде больше жить. Может, так оно и есть, Томасу было невдомёк, но он мог понять чувства местных, не хотевших уезжать отсюда и не желавших, чтобы тихая, уютная деревенька исчезла, а на её месте образовался очередной шумный и беспокойный город, как две капли воды похожий на другие такие же города, ведь все они возводятся по одному заданному шаблону.
Правда, вот вторая часть истории уже несла в себе мистический окрас. По-видимому, дальше старик Уэсси собирался рассказать юноше, как по неким необъяснимым причинам люди из больших домов отказались от идеи облагородить Харбор-Пайнс и что повлияла на это якобы сама Моргана. Впрочем, Томми не стал торопить события и приготовился выслушать до конца — всё же это было интересно.
— Это и есть Моргана? — он с любопытством рассматривал картину, непонятно что делавшую в библиотеке. Хотя почему непонятно? Учитывая страсть библиотекаря потчевать посетителей байками, иллюстрации к ним были вполне себе уместны. А эта иллюстрация к тому же определённо была недурна собой — видно, что художник многое вложил в картину. Наверное, всю свою веру в мифическую Моргану. Непонятно вот только, почему она фея, если это та самая, сестра Мерлина… или Артура, Том не очень хорошо запомнил. Ведь те были людьми.
— Она самая, — подтвердил старик. — Можно сказать, каноничное изображение. Оригинал, который пожертвовала в библиотеку семья Спринг. Собственно, противостояние было жуткое, возвращаясь к той истории со строительством, — вплоть до драк. До серьёзных драк. Всё было совсем плохо, ведь даже великие семьи были не едины в своих взглядах на строительство — кстати, после того случая Прескоттов особенно невзлюбили, ведь они были именно что за строительство… во-о-от.
Он по-старчески крякнул:
— Собственно, тогда у нас и появилось особо много городских людей. И на этих людей обрушился целый шквал информации. Кое-кто эту информацию стал передавать за пределы города. Это привлекло внимание не очень белой прессы и всяких охотников до мистики. Даже охотники за привидениями приезжали. Ей-богу, не шучу. Приборы расставляли.
Уэскер склонил голову набок, глядя на картину.
— И вот тогда, говорят, Моргана разгневалась.
