— Когда мы впервые встретились, ты разговаривала по телефону со своей матерью. Разговор был очень насыщенным и на повышенных тонах. Ты расскажешь мне о нем? — опустив глаза, будто бы спрашивая что-то чересчур личное, произнес Джагхед.
— А я то все думала, когда же ты решишься задать этот вопрос, –почесав затылок, пролепетала она. — Ты точно уверен в своем желании? Да и время для обсуждения, если честно, не самое подходящее.
— Конечно. Быть может, это даже поможет в написании моей статьи, — согласно кивнул брюнет, словно мстя ей за то, что она сотворила с ним, будучи на сцене.
— Ну… Хорошо. Я жила в Ривердейле — очень маленький городок, и несмотря на то, что там было всегда очень тихо и скромно, внутренняя его жизнь была лютым пиздецом. Там была очень развита торговля наркотиками, и, мой дядя вроде как застрелил своего собственного сына только потому, что тот не хотел заниматься этим бизнесом, а затем сам покончил жизнь самоубийством. Пока все это происходило, я узнала о нашем родстве и о том, что в связи с обстоятельствами, я унаследовала немалую часть от всего его состояния. Получив свои деньги, я тут же покинула это место, пообещав самой себе, что впредь мое прошлое остается в прошлом.
— Ох ты, — смущенно пробормотал Джонс. Он не выглядел ужаснувшимся, скорее больше потрясенным.
— И из-за этого ты не ладишь со своей мамой?
— Эту историю я расскажу уже в другой раз, — грустно вздохнула его спутница, украдкой вытирая свои покрасневшие глаза. Этот самозванец постепенно становился именно той поддержкой, которой ей так не хватало в жизни. — Ну, а как насчет тебя? Что ты мне расскажешь о своей жизни?
— Ну… это история тоже на другой раз, — попытался уклониться от неудобной темы парень.
— В самом деле? Тогда расскажи что-нибудь по-настоящему мерзкое?
— Например… Я с самого раннего детства знаком с Арчи Эндрюсом, — рассмеялся он.
— О Боже… Извини. — Бетти аж передернуло, а Форсайт вновь шумно рассмеялся, стряхнув движением плеча ее руку, позволив плавно перейти на его талию.
— Знаешь, порой он не так уж и плох, — глубокомысленно произнес он. При этих словах девушка взглянула на него, дабы убедиться в том, что Джагхед был трезвым. Вроде все было в порядке и лишь грустные искорки гуляли в его глубинно-голубых глазах, отражающих свет всех уличных фонарей.
— Ты хороший парень, Джагхед Джонс, — произнесла она тихо, украдкой отмечая то, как он невольно выпрямил плечи после ее слов
— Я стараюсь быть им. Это довольно непросто.
— Но почему ты все еще одинок? — поинтересовалась у него Элизабет, почувствовав нависшее в воздухе напряжение.
— Позволь задать тебе тот же вопрос?
— Потому что мне достаточно просто существовать для себя, — она растерянно пожала плечами. — Мои последние отношения закончились плачевно, и я решила пока побыть одной.
— Что же произошло, если не секрет?
— Скажем так, я была не единственной, кто занимал его мысли, — тяжело вздохнула блондинка. Было видно, что ее очень тяготят эти воспоминания.
— Вот же придурок! — резко отрезал Джонс. Она улыбнулась и прижалась сильнее к нему, продолжая идти. — Давно это было? — решился спросить парень после недолгого молчания.
— Около года назад, — с печальной грустью ответила Бетти, пытаясь совладать с тяжким вздохом, вырывающимся из ее груди.
— Целый год? Это весьма долго. Этого больше, чем достаточно, чтобы успеть насладиться одиночеством, — вспомнил он ее слова.
— Заткнись! А как насчет тебя? Где же твой гарем из ненасытных женщин?
— О, речь зашла о моих дамах? — переспросил Джагхед, думая что ослышался. — Я не знаю, у меня никогда не было длительных отношений. Было несколько около полугода, но никогда не более 8 месяцев.
— Количество здесь значения не имеет. Я имела ввиду, почему у тебя не было длительных отношений?
— Я не знаю. Я всегда был одиночкой. А девушки просто считали меня странным, — произнес он с усмешкой. — Я предпочитаю больше сидеть в углу и писать, чем выходить на улицу. Очень быстро девушкам это надоедало, и они предпочитали двигаться дальше. Выбирали путь, в котором мы шли уже разными дорогами.
— Быть может, ты просто не встретил ту самую, которая будет любить тебя таким, какой ты есть? — предположила Купер, отмечая то, каким же все-таки необычным был ее сосед.
— Может и так, — тем временем, за разговорами они и пришли домой, и как только вошли в квартиру, он тут же, едва разувшись, пошел к холодильнику. Схватив кучу ингредиентов, сразу принялся стряпать бутерброды, отправляя их в рот, едва соорудив нечто полуготовое.
— Черт возьми, где вся еда, которую ты поглощаешь на работе? — развеселилась блондинка, вешая сумку на спинку деревянного стула с причудливой резьбой.
— Я растущий мальчик, да и организм требует, не отказывать же ему, — отшутился Джаг, разбрызгивая слишком много майонеза на куски хлеба. А в это время ее глаза жадно пожирали каждый сантиметр его мускулистого тела, мысленно сравнивая его с тем идеалом, который был у нее когда-то в голове и подмечая то, что с каждым разом, разница все меньше и меньше. — Ты снова смотришь.
