Настю этот порыв не смутил, лишь раззадорил. Девчонка уверенно принялась насаживаться ртом на меня, издавая умопомрачительные горловые стоны. Ей определённо нравится то, что она делает с моим членом, беря полностью под свой контроль моё наслаждение, имея надо мной безграничную власть.
«Моя желанная, сумасшедшая девочка!»
— Даа! Вот так, любимаяяя!..
Ася.
Со всей силы впившись пальцами в мой затылок, Дима сделал последних три толчка и не отстраняясь, кончил бурно, под низкое, прерывистое рычание, позволив горячему семени оросить моё горло. Я покорно проглотила сладковатую вязкую жидкость до последней капли, не обвиняя его в этом поступке. Он и не смог бы отстраниться от меня, даже если бы захотел. Сама приросла к его бёдрам так прочно, что было не оторвать. Прозвучавшее в душевой кабинке долгожданное «Любимая» взорвало во мне весь спектр моего внутреннего мира на яркие фейерверки счастья, частички которого просочились с воздухом в лёгкие, внедрились в каждую клеточку, коснулись чувствительных рецепторов в теле, одаривая полным физическим удовлетворением и ментальным оргазмом.
— Что это было? — сипло пробормотал в потолок и громко сглотнул. Следом шумно втянул воздух и порывисто выдохнул.
Впервые вижу, чтобы мужчину так вело после орального секса. Кажется, что каждая клеточка на его теле вибрирует и обновляется. В порыве отчаяния и страсти я полностью отдалась своим чувствам, не задумываясь о том, что делала и хорошо ли я это делала. Наверное да, раз Дима до сих пор приходит в себя. На тот момент мной руководили инстинкты. Когда ты любишь человека, не задумываешься — правильно ли выбран способ разделить с ним свои чувства, подарить радость, ничего не требуя взамен.
— Тебе понравилось? — не знаю, зачем спрашиваю очевидное. Страсть лишь начала немного утихать, а меня уже охватила какая-то странная неловкость, слишком схожая с чувством вины. Дима опустил расслабленное лицо и устремил на меня нежный и полный благодарности взгляд, продолжая подпирать стену спиной.
— Ты шутишь? — хрипло рассмеялся. — Окунула меня с головой в рай, ещё и спрашиваешь: понравилось ли мне?
Смотреть в его тёмно-серые с ещё неразвеевшейся похотью глаза было выше моих сил, но я не отводила взгляд, стоя на коленях под тёплыми и успокаивающими струями воды, млела от его нежных рук на затылке.
— Иди ко мне, маленькая, — едва слышно проговорил, обхватил ладонями лицо и потянул на себя, вынудив подняться с колен и встать на ноги.
— Мне впервые было слишком хорошо, — открылся проникновенным голосом. — Ты вытрясла из меня душу, в хорошем смысле этого слова. Давай-ка, я тебя раздену. Или предпочитаешь носить мокрую одежду?
Я лишь виновато повела плечами и послушно подняла руки вверх. Дима попытался улыбнуться, но его лицо вдруг приобрело угрюмый вид. Футболка слетела с меня со скоростью света и звучно шлёпнулась на пол. За ней улетел тонкий кружевной бюстгальтер.
— В последнее время только это и делаешь, — недовольно пробормотал, принявшись стягивать с меня прилипшие джинсы. С ними пришлось чуть дольше повозиться. Ткань от воды затвердела и не поддавалась, но проворные руки мужчины уладили и эту проблему. Подцепив кончиками пальцев хлопковые трусики, Дима медленно потянул их вниз, лаская откровенным взглядом оголённое женское естество.
— Подними ножки, — скомандовал. Я подчинилась. Он завис на пару секунд, переведя взгляд в прострацию. — Как вспомню, что мог тебя потерять, так и становлюсь сам не свой.
Резко выровнялся в полный рост и тотчас сгрёб меня в охапку, уложив голову на плечо. Крепко стиснул в объятиях и добавил:
— Я должен был с самого начала признаться тебе в спонтанно нагрянувших неприятностях. Не хотел тревожить. Думал — сам всё быстро решу, чтобы ты больше не казнила себя за Сашку и не возвращалась к этой проблеме. Чтобы выбросила из головы продажу единственной частной собственности, которая тебе досталась от деда. Чтобы смогла заниматься детьми и своим любимым делом. Но всё пошло наперекосяк, девочка моя. Пришлось подключить Матвея в который раз. Ася... — его голос коснулся души. Такой вкрадчивый и осторожный.
Я враз забыла, как нужно дышать. История не обещает быть лёгкой, судя по тем фактам, что поведали мне Максим с Раисой, да и Матвея хватило с лихвой. Больше всего меня пугает другое — правда, о которой, кажется, я не готова узнать. Или же не хочу узнавать?
— Я всё время думаю о нашей первой близости... — обжигает дыханием висок и следом целует его. — Не делай больше глупостей, прошу. Я очень надеюсь, что вскоре, ты порадуешь меня прекрасной новостью. И я не слезу с тебя, пока ты не подпишешь Акт Гражданского Состояния и не наденешь обручальное кольцо, которое я для тебя купил.
— Дим... — моё сердце вот-вот разорвётся.
— Шшшь... — останавливает меня. — Подожди. Я знаю, ты ждёшь от меня исповеди, поэтому ночь будет длинной. Надеюсь, ты сможешь сделать правильный выбор...
Впервые за несколько дней в доме с утра царила подозрительная тишина. Детей на улице не слышно. Выходной день. Неудивительно.
