Следующие два дня прошли тихо-мирно. Я даже забежал в парикмахерскую, где мою заросшую программистскую голову привели-таки в божеский вид. Сестра оценила на четвёрку с плюсом, чем я был вполне удовлетворён.
В то время как я отлёживался на диване, Милка круглыми сутками где-то пропадала. Благо после разговора на кухне я не волновался. Голова на плечах у неё, похоже, имеется, а раз не обращается, значит и не надо. Понапридумывал себе бог весть что! А она просто с подружкой гуляет, по магазинам ходит.
Её лучшую подругу я давно приметил: она частенько её до дома провожала (наверное, живёт недалеко). Невысокая блондинка, в короткой чёрной курточке и шапке в полосочку – забавная такая девчонка. Правда, имени её я не знал. Полюбопытствовать что ли? Как-никак, Милка с ней круглосуточно тусуется.
Вот и сейчас. Стою у окна, оттаскиваю Муську от плошки с фикусом (что ж её так и тянет листья погрызть? Может, она вегетарианкой вдруг стала?) и невольно бросаю взгляд вниз.
А у подъезда как раз в свете фонарей девчонок вижу: знакомая блондинка в чёрно-белой шапочке и моя Милка рядом с ней. Улыбаются, толкают друг друга в плечо – похоже, весело. Но, видимо, Милка собралась уходить. Сейчас махнут друг другу на прощание и…
Стоп! Это ещё что!?
Блондинка быстро оглядывается по сторонам и, убедившись в отсутствии лишних глаз, притягивает Милку к себе. Сестра не сопротивляется, а девушка напористо целует её в губы, запуская пальцы меж каштановых кудрей. Милка неловко кладёт руку на плечо и жадно отвечает на поцелуй.
Я в ступоре.
Я в ауте.
Нет, я в долбанном ШОКЕ!!!
Моя сестра.. лесбиянка!?
====== Часть 9 ======
Мама роди меня обратно! Нет. Наденька, забери меня домой! Нет. Мааакс, спаси меня от этих чокнутых женщин!!!!
Я на это не подписывался. Я просто хотел проведать свою любимую младшую сестрёнку-анимешницу, а тут получил столько новых впечатлений, что на целый рассказ наберётся. Сестричка успела вырасти, забросить свои аниме-закидоны, начать тусоваться в клубах и к тому же… лесбиянка?!
Стоп, стоп, стоп. Стоп, машина гениальных умозаключений! Ты же ещё ничего не знаешь! А вдруг это в шутку, или на спор, или…
Муська отчаянно мяукает с просьбой выпустить её из рук. (Ну как выпустить? – хотя бы перестать душить!)
Не знаю, сколько бы я ещё простоял в ступоре, если бы в коридоре не хлопнула входная дверь.
- Стааас… Я дома, — слышу радостный крик и топот каблуков по паркету. Мозг судорожно начинает работать: что делать? Как себя вести? Сказать? Спросить? Нет, наверное, надо промолчать. А вдруг она по выражению лица всё поймёт? (а выражение у меня было а-ля: «кто видел двух целующихся лесбиянок??... Не видел я никаких двух целующихся лесбиянок!!!»)
Милка заходит в комнату. Румяная, с улыбкой до ушей, с разбегу прыгает на диван:
- Привет, братик.
И тут я понимаю: не смогу…
- Милана… А что это была за девушка?.. – дабл фейл! Ну, вот не мог вовремя язык прикусить? Кто ж резко о таких вещах спрашивает?
Но все мои внутренние переживания ничто, по сравнению с той гаммой чувств, которые сейчас выступили на лице Милки. Сначала её ресницы испуганно взмыли вверх, а глаза стали походить на гляделки анимешных чибиков. Потом щёки запылали пунцом, а губы стиснулись, будто боясь выдать правду. Голова опустилась вниз, чуть не до самых колен, а тёмные кудрявые волосы вконец спрятали её раскрасневшееся личико.
- Стас,… ты только маме с папой не говори.
Ну, всё. Вот теперь я точно в нокауте.
Осторожно сажусь рядом с ней на диван и принимаю позу «за-что-боролись-на-то-и-напоролись».
Молчу. Не от разочарования молчу, а просто потому, не знаю, что сказать. Ни одной умной мысли в голове… Только перекати-поле от одного уха к другому прокатывается. И тишинааа…
- Стас, я тебе правда хотела рассказать. Просто не знала как, — шепчет моя кареглазая кукла, опасливо бросая в мою сторону короткие взгляды.
Молчу. Боюсь ляпнуть очередную чушь.
- Стааас, ну скажи хоть что-нибудь, — отчаянный дрожащий голосок выводит меня из коматозного состояния.
- У вас это… давно? – ну да, не нашёл ничего умнее, но не заставлять же её и дальше мучиться в ожидании, пока мои бедные расплавившиеся мозги родят хоть что-то разумное?
- Полгода уже, — прячет глаза за опущенной чёлкой.
- Сколько?? – наверное, выкрикнул я слишком громко, потому что Милка испуганно вжалась в угол дивана, прижав колени к груди, и губы её задрожали.
Ой! Нет-нет-нет! Только без слёз! Только без рыданий, умоляю! Этого мои бедные нервы уж точно не выдержат!!!
Милка наклоняет голову к коленям, издаёт первый пробный всхлип и… (Ну, всё, сейчас начнётся! Милкины актёрские рыдания все в нашей семье знают наизусть. Знают, и всё равно боятся!)
- Значит, у вас всё серьёзно, да? – выдаю я поспешно в надежде привлечь её внимание (говорю тихо и серьёзно – стараюсь больше не истерить).
- Да, — шепчет мне, не поднимая головы, но голос уже не дрожит. (Ура! Концерт под названием «Нашу девочку обидели» отменяется).
