А утром выспавшийся впервые за последнюю неделю Ленн, непривычно принаряженный, вошел в большую аулу[1] Главного Магического Университета. Народу было — яблоку упасть негде: преподаватели, выпускники, их счастливые родители и родственники… только Ленн и был один. Совсем один: Найда на время выдачи дипломов телепатическую связь перекрыла.
Найда была абсолютно права. Но без ее мысленного голоса Ленну было неуютно. Быстро же он привык к тому, что больше не одинок! Впрочем, говорят, к хорошему быстро привыкаешь.
Трижды пропели золотые трубы, заставляя примолкнуть разговоры. Студенческий оркестр сыграл гимн университета. Когда последняя его нота затихла под сводами потолка, на сцену выступил ректор.
— Уважаемые выпускники и их почтенные родители! Позвольте в этот знаменательный день…
И так далее, и тому подобное. Хорошо Найде — ей не приходится выслушивать всю эту дребедень. А Ленну деваться некуда. Не отвертишься. Выпускник? Вот и слушай.
— Многовековые традиции, чтимые в этих древних стенах…
Ленн постарался было отключиться от занудства торжественной речи, но голос ректора бился о сознание, как осенняя муха об оконное стекло, и зудел, зудел, зудел… Ну, кто здесь и сейчас мог бы поверить, что ректор Эйте Ланд — один из лучших преподавателей университета, способный сделать понятным даже такой мутный предмет, как энергетическая алхимия? Правильно, никто. Хотя это и чистая правда.
— И первым свой диплом получает лучший выпускник этого года! Мье Ленн Таани, прошу подняться на сцену!
Бледный от внезапного волнения Ленн шагнул к сцене. Все было не напрасно. Изнурительный труд, бессонные ночи… все было не зря.
— Поздравляю вас, мье Таани!
Свиток с дипломом был опоясан лентой с прикрепленным на ней кулоном из обсидиана. Кулон лучшего выпускника с особыми успехами в математических дисциплинах, менталистике и некромантии. Без математики ему бы вручили гематит, как всем некромантам. Это его знак отличия. Его — и Найды. Один на двоих.
— Минуточку внимания! — возгласил ректор, перекрывая аплодисменты. — По давней традиции лучший выпускник года имеет право сам выбрать себе будущее место работы независимо от распределения и даже от того, есть ли желаемое место в списке заявок, поданных в университет. Достаточно того, чтобы это место было свободно.
Померещился Ленну или нет этот взгляд в спину — упорный, сверлящий, исполненный злобы? Обычно магов подобные ощущения не обманывают. Но сейчас Ленну было не до каких-то там взглядов.
— Итак, мье Таани — назовите выбранное вами место работы.
Все перешептывания, даже дыхание — всё как отрезало. Тишина наступила полная и нерушимая.
— Полицейский участок города Памме, — взломал тишину голос Ленна. — Должность следователя со штатными обязанностями некроманта и менталиста.
— Памме? — от неожиданности ректор напрочь вывалился из торжественного тона. — Это… это вообще где?
— Это в провинции, — пояснил Ленн. — На северо-востоке. Место свободно, я заранее узнавал. Там всегда недокомплект. Захолустье же.
— Весьма… хм… неожиданно, — пробормотал ректор. — Мье Таани, вы имеете какое-то отношение к этому… хм… городку?
— Да, — односложно ответил Ленн.
Незачем им знать о его бабушке, которая одна вырастила его, когда родители погибли. О том, как бабушкины руки пахли корицей и яблоками. Какие сказки она рассказывала маленькому Ленни. Как плакала, когда умер их серый кот Мурзик. Как вспоминала в счастливые минуты свой родной город Памме, как хотела когда-нибудь туда вернуться вместе с внуком — уважаемым магом. Не сбылось. Бабушки не стало год назад. В Памме он поедет один.
Нет — не один. С Найдой. Ей он расскажет все. А остальных это не касается.
— Хотите, значит, вернуться к корням? — поинтересовался ректор.
— Да, — так же односложно ответил Ленн.