Справа от Дамианы расположилась Ангелика. Она лежала на боку, опустив прекрасную белокурую головку на согнутую руку. Молодая женщина была все так же неотразима, в глазах все еще блестел огонек новизны, азарта и внутреннего огня, который появился у нее после ночи, проведенной со Стилетто, но сегодня к этому огоньку примешивался и едва различимый блеск ревности. Ангелика временами поглядывала на пустующий пятый шезлонг, и ее чувственные нежные губы чуть сжимались.
Галатея и София тоже подставляли свои точеные тела солнечным ласкам и перебрасывались иногда ленивыми фразами, потягивая коктейли с большим количеством льда. Татуировки на коже Софии в ярком дневном свете были особенно заметны, и пальцы сами так и тянулись прикоснуться к шипастому стеблю розы, склонившей свой цветок над влажным бутоном хозяйки. Тело девушки было гладким, как у младенца, без единого волоска, и это создавало убийственное сочетание невинности и разврата. Галатея с ленцой водила пальцами по внутренней стороне бедра подруги, иногда, как бы невзначай, задевая ее клитор. София сладко улыбалась этой шалости, но под ресницами у нее вспыхивал темный огонек.
– А куда Зоя запропастилась? – наконец спросила сероглазая царица, словив руку Галатеи и крепко ее сжав.
– Она на носу, госпожа, – ответил, не оборачиваясь, Стратос.
– Что она там делает?
Отвечать на этот риторический вопрос никто не стал, и в воздухе снова повисло лениво-блаженное молчание. Его слегка нарушало только участившееся дыхание Софии – она все еще прижимала ладонь Галатеи к своей промежности, чем та не преминула воспользоваться и пустила в ход пальцы. Но проникнуть во влажное лоно подруги ей не удалось, татуированная красавица вскочила с шезлонга, показала кончик языка и пошла на нос.
– Зоя! – позвала она.
Рыжая стояла на самом носу, держась за бакштаги: спина невероятно прямая, идеальные округлые ягодицы, изящные ноги танцовщицы и пламенная грива волос, рассыпавшаяся по плечам до самых лопаток.
– Ты куда пропала? – поинтересовалась София и невольно замерла, когда Зоя обернулась. «Малышка» была так хороша сегодня, что от нее невозможно было оторвать глаз. Она выглядела полностью перерожденной, обновленной и свежей, словно сама Геба подарила ей секрет вечной юности. На ее лице блуждало блаженное выражение, а кожа светилась нежностью. Даже самый недоверчивый человек, глядя на Зою, ни на минуту не усомнился бы в том, что она счастлива, – это лучистое сияние глаз невозможно было сыграть или вызвать усилием воли. Вчерашняя ночь полностью изменила рыжеволосую царицу, превратив ее… в богиню!
Да что же такого в этом татуированном греке, в конце концов?! После встречи с ним и Ангелика, и Зоя будто снова почувствовали вкус к жизни, обрели внутренний свет, переродились.
– Выглядишь просто чудесно, – с легкой ноткой зависти сказала София, приобняв подругу и чмокнув в щеку. Зоя улыбнулась и покраснела, от чего стала еще привлекательнее.
Вернувшись к остальным, девушки улеглись на шезлонги. Все взгляды были обращены к медноволосой прелестнице, но она делала вид, что не замечает этого, и, пряча хитрую усмешку, потягивала ледяной коктейль.
Полуденное солнце впивалось страстными поцелуями в обнаженные тела цариц, и жаркая нега заставляла кровь по жилам бежать все быстрее, усиливая напряжение. В конце концов София не выдержала и воскликнула:
– Ну, рассказывай уже! Ты опробовала свой вингсьют?
Зоя небрежно пожала плечами и улыбнулась еще шире. Но подруги были не намерены и дальше затягивать интригу. Татуированная красавица сделала страшные глаза и направила на молчунью обличающий перст:
– Говори уже! Мы видели из замка, как ты неслась с человеком к морю на своих огромных крыльях, как Дедал. Так что?
Бокал с легким стуком встал на столик, Зоя откинулась на спинку шезлонга, посмотрела прищуренными глазами на солнце, глубоко вздохнула и только потом ответила:
– Это был восторг. – Царицы поняли, что она унеслась воспоминаниями туда, в те бесконечные и такие короткие мгновения, когда они со Стилетто парили над морской пучиной, будто разрезая реальность на две половины. В одной были они, а в другой – весь остальной мир.
– Жизнь и смерть, буря и полет, – мечтательно произнесла после долгой паузы рыжеволосая и подставила лицо ласке морского бриза.
– Пффф, – фыркнула в ответ Дамиана и приподнялась, пристально глядя на расслабленную подругу. – Я была уверена, что человека постигнет конец Икара.
Все девушки оживились и посмотрели на порывистую брюнетку, лицо которой явно выражало недовольство. Ангелика и Зоя переглянулись, будто разделяя одну тайну. И в эту секунду в лазоревых глазах золотоволосой красавицы не было ревности, только недоумение и легкий испуг.
Дамиана между тем не обращала внимания на других – она не сводила глаз с Зои:
– Он слишком приблизился к нам – к солнцу, и я думала, наш жар должен растопить его. И убить. Ты не хотела сбросить его, чтобы он упал на скалы?
Рыжая бестрепетно выдержала пламенный взгляд подруги и нежно улыбнулась:
