– Алёша прав. Мы с тобой находимся в привилегированном положении, и ребята завидуют тебе, это надо учитывать. А дисциплину надо начинать с себя. Я так и скажу на собрании. Но твоё, Алёша, предложение разрешить ходить на свидания по два-три человека, тоже таит опасность – не напьются ли, не надебоширят ли ребята?.. Я всё-таки попробую оставить запрет в силе. А трофейные ценности надо отправить в Париж немедленно.
И вот что произошло на собрании.
Алиса, как всегда, очень умно и толково стала излагать тему бдительности, приводя в пример наш с Яником промах в отношениях с девицами. Тут же она сказала, что «пусть не указывают пальцем на нас с Валерием, у нас сложились отношения, как у мужа и жены».
И вдруг раздался голос Кости:
– Всё время говоришь ты, а пусть скажет командир, которого мы выбирали, ведь он у нас как сыр в масле катается.
– Пусть скажет Валерий, – поддержали Костю товарищи.
Валерий не стал молчать.
– Я вот что скажу, ребята. Не судите меня и Алису, она вполне понятно сказала почему… А вам, я думаю, действительно надо разрешить ходить в окрестные деревни. Только не по одному, а по два-три человека, предварительно сообщив в отряде, куда идёте. В деревне вы должны вести себя как положено советскому партизану: не пить, не хамить и все время быть начеку. Возвращаться строго в обговоренное время, без опозданий.
Молодец, Валерий, вовремя почувствовал обстановку. Ребята бурно приветствовали его предложение. Алиса, пожав плечами, тоже согласилась.
Так один из важнейших вопросов был решен.
А мне стало ясно, что одним из заговорщиков был Костя. Он исчез той же ночью. Мы объявили розыск по деревням, но нигде его не нашли. Увидели его после освобождения в городе Гре…. в тюрьме! Там он сидел за поджог фермы и грабёж, которые он совершил вместе с французом, тем самым, который указывал Валерию и Алисе на коллаборационистов. На коленях Костя умолял Алису вызволить его из тюрьмы. Плакал, слёзы текли по опухшему от побоев лицу. Даже при нас его ударил работник полиции в штатском.
Алиса помочь ему отказалась.
Ну, а после того собрания воспользоваться разрешением на свидания и выходы из леса нам уже не пришлось. Накал боев нарастал, и в некоторые дни отряд проводил по две-три операции.
В сводке Илича говорится: «4 сентября в 18 ч. 30 мин. партизаны атаковали колонну немецких велосипедистов, убито 23 солдата, 3 взяты в плен, захвачено 2 ручных пулемета, 18 винтовок и 2 пистолета».
Я не помню этой операции. Кажется, Алиса организовала ее с французским отрядом «Меме», сама принимала в ней участие, а потом рекомендовала записать нам в актив. Мы особо не протестовали – раз Алиса участвовала и говорит, что нас не успела известить, то мы и записали её в свой рапорт, а Илич проверил её проведение и успокоился. Примерно с 1 сентября мы сводок в центр не посылали – некогда было, да и не с кем. Вот как мы «работали» после 4 сентября:
«5 сентября утром мэр деревни Сите, расположенной в двух километрах от лагеря, сообщил нам, что в деревню прибыла группа немцев с целью реквизиции лошадей. Группа в составе Валерия, Алёши, Павла, Николая-1, Алекса, Яника и Николая-2 села на машины и направилась в деревню. Там завязался бой, который длился примерно один час. В результате 5 немцев убито и 1 взят в плен» (черновик рапорта).
Чуть не упустил из черновика: «…Реквизиция лошадей была предотвращена, население горячо благодарило нас и тут же погнало весь скот в наш лес. Захвачено оружие – автомат, 4 винтовки, пистолет».
Я помню эту потасовку. Мы высадились из легковых машин на восточном краю деревни и внезапно атаковали немцев, стоявших в центре деревни с лошадьми. Немцы растерялись, отпустили лошадей, и те разбежались, а немцы вместе с ними, оставив убитых и раненых, которых мы потом добили. Убежавшие фашисты почти не отстреливались, сели в машину и уехали. Отстреливаться начали немцы, искавшие скот по дворам, но они тоже быстро отступили к другой машине. Помню, как бежал бритоголовый офицер, потерявший фуражку. Он сделал две длинные перебежки до машины, но подстрелить его нам не удалось. Оставшиеся «боши» тоже уехали и только один, рыжий, не успел сесть в машину. Бросив винтовку, он поднял руки вверх.
Во второй половине дня, когда мы только что пообедали, нам срочно сообщили, что в Савиньи приехали на велосипедах шесть немцев. Вот что по этому поводу написано в черновике рапорта: «В тот же день после обеда жители Савиньи сообщили нам, что у них остановилась группа немцев в количестве 6 человек. Валерий, Алёша, Гриша, Алекс, трое Николаев и Пента быстро сели на машины и отправилась в деревню. После короткой перестрелки все немцы были взяты в плен. Гриша после операции вышел из госпиталя, и, пока затягивалась рана, отдыхал в деревне Анжери у местного кузнеца. Он сел с нами в машину и принял участие в этом коротком бою».
