И вот наступило 10 сентября, воскресенье. Мы решили отдохнуть и не выходить на боевые операции. Собирались пойти в соседние деревни к девушкам или просто к знакомым. Но отдохнуть не удалось, хотя мы очень устали. Мы брились, мылись, чистили и штопали одежду, прихорашивались и смазывали оружие, которое брали с собой и на свидание, но в разобранном виде.
В 9.30 утра французы сообщили, что Гриша передал им трёх пленных немцев. Оружие французы оставили себе, мы не возражали.
Ярко светило солнце, предвещая тёплую осеннюю погоду. Пента накормил нас воскресным завтраком. У него было правило – в воскресенье готовил что-нибудь особенное и, надо сказать, делал это великолепно. А я выделил по 300 граммов спирта, и вскоре все были навеселе.
Вроде ничто не предвещало бурного событиями дня и трагедии, постигшей Анжери. Мы не знали, далеко ли проходит фронт, но предполагали, что близко: ночами можно было различить слабые звуки артиллерийской стрельбы. Мы даже не думали, что немцы о нас помнят. А я выпустил из виду, что четыре дня назад пленные разведчики, взятые в Сан-Бройне, сообщили о предполагаемом продвижении отступающих немецких частей через Анжери.
И вот утром с ясного сентябрьского неба разразился гром. В черновике нашего рапорта сказано: «10 сентября в 10 ч. 30 м. Николай-1, бывший в дер. Анжери на разведке, прибежал в лагерь и сообщил, что туда въехали две легковые автомашины и мотоцикл с немцами. Тут же оба отряда (наш «Парижская Коммуна» и власовский «Родина») выступили в деревню. Когда мы вошли, там была уже целая колонна машин с немцами в количестве 200 человек. Жители нам сообщили, что убит Гриша. Тут же, заняв позиции в домах, мы открыли по немцам огонь. Завязался бой. Продержавшись около часа и не дождавшись подкрепления от французов (недалеко от нас располагался лагерь французского отряда в количестве 300 человек), мы были вынуждены отойти к лесу». В этом бою нами были убиты: немецкий полковник, обер-лейтенант, фельдфебель и 12 солдат. Мы, кроме Гриши, которого немцы убили до боя, имели только одного раненого.
Отойдя к лесу, мы увидели, что французы готовят оборону на опушке (молодые ребята из Анжери, вооруженные нами для охраны лагеря пленных немцев).
Мы заняли позицию с правого фланга французов с целью задержать продвижение немцев по дороге (имелась в виду дорога Анжери – Вельмо). Вероятно, потому, что немцы о нас как о противнике ничего не знали, они на всякий случай вышли из деревни и с дороги открыли по ней артиллерийский и миномётный огонь. Только после этой стрельбы они заняли горевшую деревню. Затем перенесли артиллерийский и миномётный огонь по лесу. Нам он никакого вреда не нанес. Тем не менее немцы в 16 часов 15 минут пошли в наступление на наши позиции. Их атаку мы отбили. После второй атаки, которая также была отбита, немцы снова открыли по нашим позициям артиллерийский и минометный огонь. Мы вынуждены были сменить позиции, отошли метров на 300 вправо. Французы отступили беспорядочно и неорганизованно, и немцы ворвались в их лагерь. В 20 часов мы отошли в организованном порядке в направлении деревни Ини».
В сводке Илича сказано: «10 сентября 1944 г. – В 10 час. в Анжери вошла колонна немцев (более 200 чел.) с карательной целью против русских партизан. Впереди колонны двигались два грузовика и легковая автомашина. Голова колонны остановилась около кузницы, в доме владельца которой находился на излечении советский партизан Щербаков Гриша. Заметив повсюду немцев, Щербаков, которому отходить было некуда, выстрелом в упор убил немецкого подполковника и ранил его адъютанта.
Немцы убили Щербакова и подожгли дом кузнеца, в котором находился труп Щербакова.
Начался ожесточенный бой. Подоспевший отряд партизан выбил немцев из деревни, где они оставили убитыми 14 гитлеровцев, в том числе одного офицера. Укрепившись на окраине деревни, немцы подвергли длительному артиллерийскому обстрелу деревню Анжери, где засели партизаны. После артподготовки немцы снова перешли в атаку, которую партизаны успешно отбили. Потеряв убитыми еще 11 своих солдат, немцы атаки прекратили и подвергли деревню непрерывному артиллерийскому обстрелу, в результате которого она почти вся сгорела. После того, как все жители ушли из деревни, партизаны с наступлением темноты покинули ее.
Бой длился здесь с 11 до 19 час 30 минут. Немцы потеряли при этом 37 убитыми и 62 ранеными. Наши потери: один убитый (Гриша) и один раненый».
Рапорт заканчивался следующими словами:
«Содержащиеся в настоящем докладе данные о боевой деятельности отряда имени Парижской Коммуны получали отражение в докладах ФТПФ и частично публиковались в подпольной печати.
Подписали: «Илич» (майор Бенетто), майор Бодуэн».
Этот рапорт Илича хранится в министерстве по делам бывших фронтовиков Франции, а копия его есть у Марии Александровны Фортус (передана ей Гастоном Лярошем). Фотокопию с копии М. А. Фортус я передал т. Цырульникову. Хранится она в архиве военно-исторического института АН СССР Минобороны.
