В январе, по случаю дня рождения Мартина Лютера Кинга-младшего, я вместе с конгрессменом-афроамериканцем Тедом Таунсом и председателем организации демократической партии в Бруклине Кларенсом Норманом посетил среднюю школу в Бруклине. Дети много говорили о том, что их одноклассники приносят в школу ножи и пистолеты. Они хотели, чтобы в стране был президент, который сумеет сделать их жизнь безопаснее. Я участвовал в дебатах в Бронксе, которые вел председатель этого района Фернандо Феррер, впоследствии ставший моим сторонником. На пароме я добрался до Стейтен-Айленда и вел там кампанию. В Манхэттене для меня очень многое сделали председатель района Рут Мессинджер и ее молодой помощник Марти Рауз, который помог мне установить контакты с общиной гомосексуалистов. Виктор и Сара Ковнер убедили нескольких сторонников либеральных реформ поддержать меня и стали моими добрыми друзьями. Гильермо Лунарес, в числе первых демократов избранный в муниципалитет, стал одним из первых поддержавших меня известных американцев латиноамериканского происхождения. Я вел компанию на Лонг-Айленде и в округе Уэстчестер, где живу сейчас.
На исход предварительных выборов в штате Нью-Йорк профсоюзы оказали гораздо более значительное влияние, чем на результаты всех предыдущих предварительных выборов. Среди самых крупных и наиболее активных были нью-йоркские отделения Американской федерации служащих учреждений штатов, округов и муниципалитетов. После того как я выступил перед членами ее исполнительного совета, она стала первым крупным профсоюзом, поддержавшим мою кандидатуру. Будучи губернатором, я работал в тесном контакте с этой федерацией, даже стал ее членом и платил взносы. Однако подлинной причиной этой поддержки было то, что я нравился председателю этого профсоюза Джеральду Макэнти, и он решил, что я могу победить. Макэнти стоило иметь в числе сторонников. Безусловно преданный человек, он работал весьма эффективно и был не прочь поучаствовать в жесткой борьбе. Меня также поддержал Объединенный союз транспортных рабочих, а к концу марта — работники американских служб связи и Международный профсоюз дамских портных. Учителя тоже оказали мне помощь, хотя их официальной поддержки я не получил. Помимо профсоюзов, в числе моих сторонников была также сильная группа представителей бизнеса, мобилизованная Аланом Патрикотом и Стэном Шуманом.
Наиболее важная и длительная встреча из всех, которые я проводил с представителями этнических групп, состоялась у меня с ирландцами. Однажды поздним вечером я встретился с участниками Форума по ирландским проблемам, организованного членом Законодательного собрания Бронкса Джоном Диари. Гарольд Икее и налоговый инспектор Нью-Йорка Кэрол О’Клейреакейн помогли мне подготовиться к этой встрече. На ней присутствовали легендарный Пол О’Дуайер, которому было около восьмидесяти пяти лет, и его сын Брайан, а также Найолл О’Дауд, главный редактор газеты
Вскоре я выступил с решительным заявлением, подготовленным моим советником по внешней политике Нэнси Содерберг, подтверждавшим мое обязательство. Мой однокашник по юридическому факультету, бывший конгрессмен от штата Коннектикут Брюс Моррисон, создал организацию «Американцы ирландского происхождения — за Клинтона». Ей предстояло сыграть важную роль в моей кампании и в деятельности, которой мы впоследствии занимались. Как отметила Челси в своей курсовой работе в Стэнфордском университете, посвященной ирландскому мирному процессу, я впервые стал уделять внимание этой проблеме в связи с политической ситуацией в штате Нью-Йорк, однако и став президентом прилагал серьезные усилия к ее решению.
