Я решил участвовать в этой борьбе в значительной степени потому, что считал: именно я подхожу для этого времени драматических перемен в том, как американцы живут, работают, воспитывают детей и общаются с остальным миром. Многие годы я старался осознать, как решения политических лидеров влияют на жизнь людей. Мне казалось, я понял, что и как нужно делать. Я также знал, что прошу американский народ пойти на большой риск. Во-первых, люди не привыкли к президентам-демократам. Во-вторых, они испытывали сомнения по поводу моей кандидатуры: я был очень молод; занимал пост губернатора штата, о котором большинство американцев мало что знали; выступал против войны во Вьетнаме и уклонился от призыва на военную службу; придерживался либеральных взглядов на расовую проблему и проблему прав женщин и гомосексуалистов; мои высказывания часто выглядели непродуманными, особенно когда я говорил о необходимости достижения честолюбивых целей, которые, по крайней мере на поверхностный взгляд, казались взаимоисключающими; а кроме того, моя жизнь была далеко не безупречной.
Я изо всех сил старался убедить американский народ, что меня стоит выбрать, однако постоянное изменение результатов опросов общественного мнения и восстановление Россом Перо своих позиций показали: многие избиратели хотели мне верить, но у них еще оставались сомнения. С трибун предвыборных митингов Ал Гор просил людей подумать о том, какой заголовок они хотели бы прочесть в газетах после выборов: «Еще четыре года» или «Грядут перемены». Мне казалось, я знал, каким будет их ответ, однако в этот долгий ноябрьский день, как и все остальные, должен был подождать, чтобы убедиться в правильности своего предположения.
Вернувшись домой, мы втроем посмотрели старый фильм, снятый по произведению Джона Уэйна, и несколько часов подремали. Во второй половине дня я вместе с Челси отправился на пробежку в центр города и остановился у закусочной «Макдоналдс», чтобы выпить стакан воды, что я столько раз делал раньше. После того как я вернулся в резиденцию губернатора, мне не пришлось особенно долго ждать. Результаты начали поступать рано, примерно с 6:30 вечера. Я еще не успел переодеться после пробежки, когда меня назвали победителем в нескольких штатах на востоке страны. Через три с небольшим часа телекомпании сообщили предварительные результаты, согласно которым я одержал победу в целом по стране, после того как нас поддержал штат Огайо, где я получил преимущество в 90 тысяч голосов при общем их количестве 5 миллионов. В этом штате я победил с перевесом менее чем в 2 процента. Похоже, это отражало реальную ситуацию, поскольку Огайо был одним из штатов, обеспечивавших выдвижение моей кандидатуры на пост президента на предварительных выборах 2 июня. Кроме того, его избиратели предложили выдвинуть меня кандидатом на нашем съезде в Нью-Йорке. Активность людей была очень высокой — наиболее высокой с начала 1960-х годов. Всего проголосовало более 100 миллионов человек.
Когда все 104 600 366 бюллетеней были обработаны, выяснилось, что, согласно окончательным результатам, я победил с перевесом в 5,5 процента. Я пришел к финишу, получив 43 процента голосов по сравнению с 37,4 процента, набранными президентом Бушем, и 19 процентами, отданными Россу Перо. Это было лучшим результатом для третьего кандидата с тех пор, как в 1912 году Тедди Рузвельт вместе со своей Прогрессивной партией получил 27 процентов голосов. Мы с моим кандидатом на пост вице-президента как представители послевоенного поколения беби-бума добились наибольшей поддержки среди людей в возрасте старше шестидесяти пяти и моложе тридцати лет. Наше поколение, по-видимому, больше сомневалось в том, готовы ли мы к руководству страной. Предпринятые командами Буша и Перо в конце предвыборной кампании нападки на Арканзас за несколько дней до выборов уменьшили наши высокие результаты на два-три пункта. Факт неприятный, но мы не видели в нем ничего трагичного.
В пересчете на голоса выборщиков наше преимущество было более значительным. Президент Буш победил в восемнадцати штатах, получив 168 голосов выборщиков; за меня проголосовали 370 выборщиков из тридцати двух штатов и округа Колумбия, включая все штаты, граничащие с рекой Миссисипи, с севера на юг, кроме штата Миссисипи, и все штаты Новой Англии и Средней Атлантики. Я также одержал победу в тех штатах, где это казалось маловероятным, например в Джорджии, Монтане, Неваде и Колорадо. В одиннадцати штатах я победил с преимуществом в 3 или менее процентов; Аризона, Флорида, Вирджиния и Северная Каролина проголосовали за президента Буша. Кроме того, я получил небольшой перевес в Огайо, Джорджии, Монтане, Неваде, Нью-Хэмпшире, Род-Айленде и Нью-Джерси. В Арканзасе за меня отдали голоса 53 процента избирателей, что было самым высоким показателем по всей стране, а в двенадцати других штатах, включая некоторые крупные — Калифорнию, Иллинойс, Массачусетс и Нью-Йорк, — я победил с преимуществом в 10 или более процентов.
