Белый Полог пошла к реке и нарезала ивовых прутьев. Она перекрещивала и переплетала их, сгибая в нужную форму, затем, натянув на остов, привязала к нему свежую шкуру большого бизона, и лодка была готова. Нет, она не походила на суда белых. Плоскодонная и круглая, она скорее напоминала лохань, в какой белые стирают одежду. Кто не привык к такой лодке, чувствует себя в ней беспомощным: если он не перевернется, пытаясь грести, то сумеет только заставить лодку вертеться, как детский волчок, и она будет плыть, куда течение и ветер захотят погнать ее.
Наступило полнолуние; и однажды после захода солнца, когда взошла луна, Чудак влез в лодку и оттолкнул ее от берега. Никто, кроме его бабушки, не видел, как он отплыл. Никто больше в деревне не знал, что он уезжает.
– Будь осторожен, – попросила Белый Полог. – Помни об опасностях и не пробуй ничего делать, если не уверен, что сумеешь.
– Не бойся, – откликнулся юноша, – я вернусь. Точно вернусь. Так сказал мне сон.
Бедная старуха села на берегу, покрыла голову плащом и заплакала. Она горевала об умерших любимых и о внуке, который, возможно, присоединится к ним и оставит ее на старости лет одинокой. Белый Полог чувствовала себя очень несчастной.
Чудак плыл по течению в ярком лунном свете, вниз по широкой и глубокой реке; он не греб, а только старался держаться лицом по течению и обходить коряги и песчаные мели. Вокруг играли и плескались бобры, и юноша стал молиться им:
– Смилуйтесь, наделите меня своей хитростью, чтобы я сумел избежать опасности.
В тени обрывистого берега, где вода кипела и кружилась в водовороте, что‐то неясное всплыло на поверхность, а потом медленно пошло ко дну и пропало. Чудак не мог как следует рассмотреть, что это. Может, ему встретилось одно из существ, населяющих глубокие, темные места. Он стал молиться им тоже и бросил в воду приношение.
– Не делайте мне вреда, – просил он, – дайте мне пройти благополучно по вашим водам.
Казалось, все животные долины собрались на берегах; они паслись, пили воду, детеныши вапити и оленей бегали и играли на отмелях. У края воды сопели и рыли лапами песок большие медведи; волки и койоты смотрели сверху на Чудака, когда лодка проходила под небольшими обрывами. Но в целом звери не обращали на него внимания, потому что ветра не было и они не знали, что близко проходит враг. Так прошла ночь, и на рассвете Чудак подошел к берегу, вытащил лодку в густой ивняк и загладил следы, которые оставил на песке.
Так, плывя по течению ночью и прячась днем, Чудак продолжал путь в страну сиу. Каждое утро, пристав к берегу, он шел к опушке леса, иногда взбирался на склон холма поблизости и тщательно осматривал долину вверх и вниз по реке, отыскивая признаки близости людей, но ничего не находил. Наконец на пятое утро он обнаружил большой лагерь в обширной низине, прямо против себя на другом берегу реки. Вдоль реки по берегу тянулась длинная полоса тополей; позади нее в прерии стояли палатки. В лагере Чудак заметил много лошадей на привязи. Люди как раз выходили из палаток и отвязывали животных пастись.
– Мои духи сильны, – сказал юноша сам себе, – я благополучно спустился по реке и вот теперь вижу то, что искал.
Днем он поспал, чувствуя себя в полной безопасности, так как у врагов не было лодок, вода же в реке стояла очень высоко, и они не могли бы переправиться. Потом он стал строить планы на ночь. “Я переправлюсь на ту сторону, – думал он, – когда погаснут огни в палатках, захвачу несколько лошадей и поеду домой как можно быстрее”. Весь конец дня он лелеял понравившуюся ему мысль, а потом к нему пришла другая, которую он стал обдумывать. Всякий может проникнуть в лагерь, захватить лошадей и ускользнуть с ними. Сделать это легко. Люди его племени отказались брать его с собой в набеги. Чудак же хотел совершить что‐нибудь великое, продемонстрировать соплеменникам, что он храбрее любого из них. Как ему доказать это? Что он может сделать? Юноша обдумывал многое, строил разные планы и был не в силах ни на что решиться. К вечеру он снова заснул, и тут ему помог сон, указавший путь, как создать себе славное имя.
И вот что он в итоге сделал; послушай, какую хитрость внушил ему сон. Ночью Чудак переправился через реку, наполнил лодку камнями и прорезал в днище дырку, чтобы его суденышко наполнилось водой и затонуло. Потом он пошел в лес и закопал свои вещи рядом с большим упавшим тополем; он зарыл одежду, мокасины, оружие, не оставив на себе ничего, кроме пояса и набедренной повязки. Наконец юноша распустил заплетенные косички, вымыл голову, чтобы распрямить завитки, потом спутал волосы и посыпал их пылью. Лицо и набедренную повязку он намазал грязью, исцарапал себе ноги о куст шиповника. Когда Чудак покончил со всем этим, вид у него был дикий и жалкий. Он вышел из леса и направился вниз по течению, к нижнему концу долины. Там он оставался до конца ночи.
