– В полном порядке. Во-первых, полиция вами уже не интересуется.
– Вот как?
– Да, сэр. Так что вы могли бы звонить и по своему мобильнику.
– Кроме полицейских, его могут отслеживать и другие типы. Но что все-таки произошло?
– Пара «черных» проникла со двора, сэр. Один из них сначала выстрелил в меня, но отделался я легко. Сломанное ребро слегка царапнуло легкое.
– Ты хочешь сказать, что пуля всего лишь сломала тебе ребро?
– Именно так, сэр. Жилет выдержал.
– Какой жилет, Джеймс?
– Кевлар, сэр. Инспектор Розетти дал мне его напрокат.
– Розетти? – Артур едва верил своим ушам.
– Именно. Он, кстати, очень просил, чтобы вы связались с ним. Инспектор понимает, что говорить с Кэмпбеллом вы не очень расположены.
Артур рассмеялся.
– Ну что скажешь, инспектор прав. А телефон у тебя имеется?
– Визитка его на тумбочке. Сейчас возьму.
Джеймс закряхтел, видимо, переворачиваясь на бок.
– Окей, сэр. У вас найдется, на чем записать?
– Джеймс… – укоризненно произнес МакГрегор.
– Простите, сэр. От этого морфина голова не слишком ясная. Диктую.
И он продиктовал оба номера, которые ему оставил Розетти.
– И еще, сэр. Тут для вас посылка.
– Какая еще посылка? – недоуменно спросил Артур.
– Кейс. С пакетом для вас, странной запиской для мадемуазель Бернажу и кучей ксерокопий.
– От кого эта посылка?
– Не знаю, сэр. Я реквизировал эту штуку у одного из «черных».
– И он не возражал?
– Трудно возражать и вообще соображать, когда у тебя пол-черепа снесено. – И Джеймс хрипло рассмеялся. – В кейс я на всякий случай заглянул, но пакет, вам адресованный, вскрывать, конечно, не стал.
– Джеймс, – внезапно посерьезнев, проговорил МакГрегор. – Кейс надо переправить мне. Я, кажется, знаю, кто адресовал мне конверт – а вероятно, и всё содержимое кейса.
– Переправить как? Переправить куда? На какой адрес?
– Погоди, старина. Это мне еще надо решить. У тебя есть друг, способный выполнить небольшое и совсем не опасное поручение? Но выполнить его до йоты?
– Есть, сэр. Патрик О'Брайэн. Надежный товарищ еще с тех моих лет, когда мы лупцевали друг друга на ринге. Немножко чокнутый, конечно, как все ирландцы, но человек очень обязательный.
– Теперь слушай, что нужно сделать. Позвони Патрику, чтобы он был в готовности сделать это небольшое дело. Когда я определюсь с адресом, нужно, чтобы твой друг появился у тебя в больнице с сумкой, в которую мог бы войти кейс. Ты понял почему?
– Обижаете, сэр. Чтобы он не выходил из больницы с кейсом в руке.
– Абсолютно верно, Джеймс. И отправить кейс нужно будет через FedEx, в их упаковке. Но! Ему нужно будет не вызывать курьера, а самому проехать в центр приема.
– Понятно. За ним – после его визита в больницу – могут следить. И если курьер от FedEx приедет к нему домой… В общем, нам этого не надо.
Артур удовлетворенно хмыкнул.
– Ты очень сообразителен, старина.
Робертсон хрипло рассмеялся.
– Работая у такого хозяина, как вы, сэр, приходится быть на уровне.
– Не знаю, что бы я без тебя делал, – серьезно проговорил Артур. – В общем, отзвонись своему Патрику, чтобы он был в полной готовности и не загулял где-нибудь, а я определюсь с адресом – в смысле, куда FedEx должен доставить посылку – и перезвоню тебе. Думаю, еще сегодня. Да, запиши: адрес центра приема и выдачи FedEховских посылок – Литл Портленд стрит, 4.
– Я знаю, сэр. Пару раз бывал там.
– Отлично. Встреча в эфире попозже. Если и не сегодня, то уж завтра утром наверняка. Давай, выздоравливай, старина.
– А дело и так идет на поправку, сэр! – бодро рапортовал дворецкий.
– Вот так и держать. Бай. – И Артур, повесив трубку, проверил остаток денег на дисплее таксофона. Довольный результатом – денег оставалось еще пятнадцать евро с хвостиком – он вынул карточку и собрался было возвращаться в B&B, но притормозил. И задумался. Наверное, все-таки следовал позвонить Розетти. Любая свежая информация в их положении – подарок судьбы.
На звук открывающейся двери в прихожую вылетела Эли. Из коридора выглядывала голова неуемного и невероятно любопытного Лючиано. Артур показал им большой палец: все окей!
– Что нового в Лондоне? – поинтересовалась Эли. – И как поживает мой самый любимый шотландец, мистер Робертсон?
– Всё в полном порядке, – ответил МакГрегор, решив не затеваться насчет «самого любимого шотландца» и тем более, насчет того, что шотландец этот в больнице после битвы с вездесущими «черными».
– Артуро! – сияя, провозгласил Лючиано. – Если всё окей, за это нужно поднять бокал! Si?
– Si, Лючиано, – согласно кивнул Артур. – Эли, дорогая, а где моя майка? Не могу же я полуголым сесть за стол.
– Меня бы это не смутило. Прости, дорогой, но пока ты спал, я сунула наши вещи в стиральную машину, а потом в сушку. Их уже давно можно было вынуть. Так что майку свою ты получишь – но изрядно помятую. Или мне ее погладить?
– К черту «погладить»! – заявил МакГрегор. – Давай ее сюда. Разгладится на моем мускулистом торсе!
За столом они подняли бокалы, наполненные восхитительным «кьянти», и Лючиано провозгласил:
– За моих дорогих гостей! За то, что у них всё окей!
