В куче бумаг на столе Крофорда валялась и сложенная доктором Лектером из плотной бумаги курочка. Крофорд взял ее в руки и дернул за хвост. Курочка клюнула.
– Лектер на сегодняшний день – знаменитость номер один. Стоит на первом месте в списке разыскиваемых преступников. Но он еще, я думаю, некоторое время погуляет… В этой связи еще один совет – вам следует приобрести некоторые полезные привычки… Как вести себя вне службы…
Она кивнула.
– Я надеюсь, вы понимаете, что он не будет делать вам поблажек, – продолжал Крофорд. – Он с радостью поступит с вами так же, как со всеми остальными.
– Не думаю, чтобы он стал охотиться за мной из-за угла. Грубовато это, да и вопросы некому будет задавать. Другое дело, если я попаду к нему в лапы и ему вдруг станет скучно…
– И все же вам, безусловно, следует приобрести некоторые полезные привычки. Уходите со службы – и с концами. Никому никаких сообщений о вашем местопребывании, особенно незнакомым, по телефону. Я хотел бы, чтобы ваш телефон подключили к системе определения номера, чтоб знать всех, кто вам звонит. Если вы, конечно, не возражаете. Для включения в систему вам будет достаточно нажать кнопку. Все остальное время аппарат будет работать как обычный частный телефон.
– Не думаю все же, что он станет за мной охотиться.
– Вы поняли, что я вам говорил?
– Да. Я все поняла.
– Тогда вот ваши показания: просмотрите их. Если хотите что-то добавить, добавляйте. Мы потом заверим вашу подпись и отошлем их обратно. Я горжусь вами, Старлинг. И Бригем тоже. И директор.
Это прозвучало суховато и немного неуклюже, не так, как он хотел бы.
Он проводил ее до дверей, а потом смотрел, как она идет по пустому коридору, уходит прочь – от него. И все же он смог превозмочь свое горе и сказал на прощание:
– Старлинг, ваш отец мог бы вами гордиться.
О Джейме Гаме писали и говорили еще несколько месяцев после того, как тело его опустили в последнее прибежище.
Репортеры выясняли подробности его биографии начиная с самого детства, проведенного в округе Сакраменто.
Его мать была уже месяц беременна им, когда приняла участие в конкурсе красоты на звание «Мисс Сакраменто» 1948 года. Она не заняла там призового места. Имя Джейм, записанное в его свидетельство о рождении, было явной ошибкой регистратора, однако никто впоследствии так и не позаботился эту ошибку исправить.
Когда актерская карьера мамочки не задалась, она запила и покатилась по наклонной. Гаму было два года, когда власти округа Лос-Анджелес лишили ее материнских прав и поместили ребенка в приют.
По меньшей мере два научных журнала опубликовали статьи, посвященные тяжелому детству Гама, именно этим объяснив его потребность убивать женщин и снимать с них кожу. Слова «помешательство» или «зло» в этих статьях отсутствовали напрочь.
Видеофильм о конкурсе красоты, который Джейм Гам так любил смотреть уже взрослым, был действительно снят на конкурсе, в котором участвовала его мать, но что касается съемок той женщины в бассейне, то это была вовсе не его мать – что со всей точностью доказали сравнительные измерения.
Дед и бабка забрали Гама из убогого приюта, когда ему было десять лет. А еще через два года он застрелил их.
В реабилитационном учебном центре при закрытой психиатрической клинике в Туларе, куда Гама поместили по решению суда, он выучился кройке и шитью, проявив при этом недюжинные способности.
Сведения о том, где и кем он когда-либо работал, были отрывочными и неполными. Журналисты нашли пару ресторанов, куда он нанимался на почасовую работу за наличные. Время от времени он также выполнял частные заказы на пошив различных изделий. Доказательств, что он убивал и в тот период, найдено так и не было, но Бенджамин Распай утверждал, что он убивал уже и тогда.
Одно время Гам работал в антикварном магазине, где помимо всего прочего торговали украшениями, сделанными из залитых в пластик крыльев бабочек. Там он познакомился с Распаем и потом некоторое время жил у него на содержании. Именно тогда им овладела навязчивая идея насчет мотыльков и бабочек и тех превращений, которые они претерпевают в своем развитии.
После того как Распай бросил его, он убил его следующего любовника, Клауса, обезглавив и частично ободрав с убитого кожу.
Несколько позднее он снова разыскал Распая на Восточном побережье. Распай, которого всегда привлекали «нехорошие мальчики», познакомил его с доктором Лектером.
Это было доказано через неделю после смерти Гама, когда ФБР конфисковало у родственников Распая магнитофонные пленки с записями его бесед с доктором Лектером.
