Нумидийские всадники заметили армию тектонов, которая после нападения на Утику и захвата города продвигалась по берегу на восток. Разведчики последовали за ними на почтительном расстоянии, чтобы потом доложить обо всем своему царю.
Во главе войска тектонов ехали двадцать тысяч всадников верхом на своих ящерицах размером с хорошую лошадь, которых я уже видел раньше. За ними шагали остальные отряды: восемьдесят тысяч пехотинцев. По словам Богуда, им как будто не было конца: огромная колонна, казавшаяся черной из-за темных доспехов тектоников, двигалась достаточно быстро для пеших отрядов. Их было так много, что они заполонили все дороги вдоль моря. И пехотинцы шли не одни: их сопровождали огромные животные, которых мне доводилось видеть раньше, – гусеномусы. (На языке тектонов они назывались «ооогогусеноммы», но я их для удобства переименовал на латинский манер.) Нумидийцев они поразили, потому что отдаленно напоминали гигантского размера гусениц. Но если наши гусеницы были крошечными, то эти чудища могли достигать в длину двух с половиной стадиев[76], то есть пятисот шагов. Пятисот шагов, Прозерпина! Они были огромны, выше слона, а их цилиндрические туловища могли бы без труда занять все свободное пространство на городской улице. Вдоль спины у этих чудищ проходило большое углубление, словно природа решила проложить там канаву. Тектоники пользовались этим и возили в углублениях всю необходимую для войска поклажу.
Гусеномусы странно и отвратительно воняли, словно рядом с ними кто-то тушил чеснок в уксусе. Их кожа цветом напоминала шкуру льва, но при этом была скользкой, как у рыбы, поэтому по бокам их гигантских туловищ всегда свисали сетки, кожаные ремни, стремена и блоки разных видов, при помощи которых тектоны забирались на них и спускались, а также загружали их и разгружали. Иногда этих ремней и канатов было так много, что за ними трудно было разглядеть коричневатую шкуру гусеномусов.
Вдобавок гусеномусы обладали еще одним свойством, благодаря которому были словно специально созданы для путешествий длинными караванами: они могли присасываться своей пастью к задней части своего соплеменника. Этим чудовища тоже напоминали наших гусениц походного шелкопряда и, подобно им, несмотря на свою безмозглость, выстраивались в цепочки из дюжин или даже сотен особей. Зрелище гигантских зверей, выстроенных в строгую колонну, конца которой не видать, производило жуткое впечатление. Гусеномусы передвигались длинной вереницей, а солдаты-тектоники либо шагали, выстроившись в колонны по обе стороны их тел, либо устраивались в вышеописанных выемках на спинах животных и ехали со всеми удобствами.
Однако если авангард армии тектонов и центральная часть всей процессии показались разведчикам-нумидийцам впечатляющим зрелищем из-за огромной численности войска и протяженности колонн, то вид тылового обоза их ужаснул. Когда они увидели эту страшную картину, разведчиков охватили страх и отчаяние.
Шествие колонн замыкал отряд, отвечавший за снабжение войска провизией. Между двумя гигантскими гусеномусами, которые ограничивали колонну справа и слева, двигалось стадо, состоявшее в равных долях из людей и свиней. Тысячи и тысячи пленных, мужчин, женщин и детей, бежали вместе со свиньями, потому что тектоники не видели никакой разницы между людьми и этими грязными животными. А замыкали это шествие тектоники, которые кололи своими копьями задницы людей и свиней, не разрешая им замедлить шаг. Как у людей, так и у животных был серьезный повод подчиняться: если кто-нибудь останавливался или падал на землю, его тут же пожирали или убивали и, четвертовав тело, отправляли на съедение солдатам.
Нумидийцы, посланные на разведку Богудом Справедливым, увидели эту картину и наблюдали за ней целый день с ужасом, пока бесконечная колонна двигалась перед их взорами.
Богуд поделился со мной и моим отцом сведениями, которые доставили ему его люди, однажды вечером после ужина.
– А кто ими командует? Кто их генерал? – поинтересовался Цицерон.
Я знал, что понятие «руководства» у тектонов сильно отличается от нашего. У них не было царей, консулов или генералов в том смысле, который придаем этим словам мы. Но у меня не оставалось ни малейшего сомнения в том, кто из тектонов мог возглавлять этот поход.
– По словам моих всадников, – сказал Богуд, – ими командует некий тектоник-инвалид, которого легко отличить от остальных, потому что ему недостает кисти левой руки. Он едет впереди войска на первом гусеномусе во всей цепочке и отдает оттуда приказы своим легионам, а те выполняют их беспрекословно.
– Нестедум, – вырвалось у меня его имя вместе с сокрушенным вздохом.
Это был он. Кто же еще мог решить истребить род человеческий? И поймать меня. Однако оставим мои личные переживания и вернемся к рассказу Богуда Справедливого.
