Всё становилось ярче и ярче. Я моргнул, а уже в следующий миг понял, что стою. Мои действия привели охранников в боевую готовность. Мои пальцы оказались в волосах, с силой сжимали их и тянули. Изо рта вырвалась пара истеричных смешков.
И тут меня схватили. Прижатый к столу, я видел лишь свет, льющийся из окна. Кто-то был сзади. Кто-то держал мне руки. Нет… Я вздрогнул, а затем забился в истерике.
— Нет! Отпусти! — заорал я, дёргаясь, как мустанг на привязи.
Путы стали крепче, до кожи дотронулось что-то прохладное, напоминающее металл. Я весь сжался, дальнейшие возгласы смешались в кашу. Мои резкие рвущиеся движения были расценены как попытка нападения, поэтому второй охранник присоединился к первому. Я дёрнулся назад и врезался в одного. Молниеносно я обернулся и с силой оттолкнул ошарашенного мужчину. Второй выхватил пистолет и нацелил на меня.
— Нет! — раздался громкий голос, который я узнал.
Холодное дуло утыкалось мне в лоб. Я сам давил на него. Голова пошла кругом.
— Сделай это. — хотелось мне сказать. — Нажми уже.
— Эдвард.
Строгий голос. Сколько разных интонаций он использовал, произнося моё имя. Мне припомнился первый раз.
— Эдвард. — сказал мистер Холмс, внимательно глядя на меня. — Полагаю, ты задаёшься вопросом о том, где находишься. Это сердце разведки нашей страны. От этого места зависит безопасность нации.
Когда воспоминание скрылось, и картина реального мира вернула мне зрение, я ощутил, что плачу. Стою посреди зала с кучей важных людей и рыдаю, кося глаза на оружие.
Меня увели и наказали ждать Майкрофта в коридоре. Быстрое собрание получилось. Я не думал ни о чём. Просто о бордовом ковре под ногами.
Майкрофт вышел спустя какое-то неизвестное мне время. Он смотрел на меня немного по-другому. Всё ещё холодно, но глаза его подёрнуло лёгкое беспокойство. Мы направились к машине. Было непривычно снова идти с ним рядом, но это в каком-то смысле меня успокаивало, хоть сзади маячили охранники.
— Было решено отправить тебя сначала к психологу, прежде чем продолжать расследование. — сообщил политик. — Здесь без специалиста подобного рода, как оказалось, не обойтись.
Я грустно глянул на Холмса.
— Мы поедем к нему прямо сейчас.
Я без возражений кивнул. Что угодно, Майкрофт, что угодно.
До машины меня практически дотащили. Я снова стал терять самообладание, поэтому полицейским пришлось втаскивать меня в машину под любопытные взгляды прохожих. Я повалился на заднее сиденье и так остался лежать до самого возращения на Набережную Альберта. До здания меня так же протащили, но как только рядом возник Майкрофт, я сам встал на ноги.
Мы шли по корпусу, в котором я ещё не был. Здесь было полно действующих шпионов. С психологом я тоже был не знаком.
— Это Дебра Стоун. Она работает с оперативными агентами и производит диагностику их психологической пригодности. — представил женщину лет тридцати пяти Майкрофт.
Та ждала нас около дверей, ведущих, как я предполагал в уютную комнатку, в которых обычно психологи и принимают пациентов. Но я ошибся. Меня завели в какое-то помещение, напоминающее комнату допросов. Серые стены, стол, два стула, белый свет, льющийся из подвесных длинных ламп. Про спокойствие и уют не могло быть и речи.
Я сел с одной стороны стола, психолог с другой, Майкрофт исчез. Это усилило моё беспокойство. Я озирался по сторонам, как будто помещение в изобилии было обставлено разными вещами.
— Итак, мистер Мориарти… — я вздрогнул. Она заметила. — Или мне обращаться к Вам по имени и на «ты»? Как будет комфортнее?
— По имени. — немного прохрипел я.
— Хорошо, Эдвард, — она выделила моё имя. — начнём пожалуй со стандартного опроса агента, когда тот проходит переквалификацию или возвращается после долгого отсутствия. — продекларировала женщина, а затем достала из своего дипломата папку, из неё бумаги и ручку. — Итак, я буду говорить слово, а ты первую ассоциацию, которая придёт в голову. Не думай больше секунды или двух, выдавай первое, что в голову пришло. Понял? — я вяло кивнул. — День.
— Свет. — я прокашлялся.
— Оружие.
— Убийство.
— Агент.
— Пешка.
— Хорошо, — психолог записала мой ответ. — женщина.
— Не моё. — я выдал это, не задумываясь, а когда понял, что сказал, нервно забегал глазами по столу.
— Всё хорошо, Эдвард. Продолжаем. — успокоила меня Стоун. — Сердце.
— Боль. — Боже, что я несу. Как тринадцатилетняя девка.
— Птица.
— Ворон.
— Майкрофт Холмс.
Мои ресницы вздрогнули.
— Безопасность.
— Солнечный свет.
Я замялся. В голове вспыхнуло имя дяди, но я не осмелился произнести его. Стоун выжидающе смотрела на меня.
— Дядя. — чуть слышно отозвался я.
— Лунный свет.
— Дядя. — меня на секунду разозлило то, что всё было пропитано образом Джима.
— Убийство.
Я сжался.
— Дядя.
— Страна.
— Англия.
— Джеймс Мориарти.
Мои глаза взметнулись на психолога. Стоун смотрела на меня, держа наготове ручку.
— Джеймс Мориарти. — повторила она.
Я молчал. У меня было слишком много ассоциаций и все пришли одновременно.
— Эдвард.
