- Сэр, - никто не мог бы сказать, как Эрика догадалась о том, какое злодеяние хотел учинить над собой лорд Томлинсон в ту роковую ночь, но какое-то внутреннее чувство подсказывало ей, что ей надо держать его подальше от ружья, - я прошу Вас, оставьте оружие. Что Вы собираетесь делать? Вы прокрадываетесь ночью в собственный дом, словно вор…
- Замолчи! Иначе я правда выстрелю, - взревел Луи, подогретый еще не остывшей кровью после спектакля, - отойди от двери.
- Ни в коем случае.
- Ты что же, думаешь, я силой тебя оттуда не отодвину?!
Эрика только гордо скинула подбородок.
- Попробуйте, сэр.
Сердце ее бешено стучало, с полусна она не могла понять, откуда в ней взялась такая храбрость – перечить своему господину. Но видя, как по-сумасшедшему блестят глаза Луи, как он нервически сжимает до побледнения пальцы на пистолете, как он чуть ли не брызжет слюной – она понимала, что должна сделать все, что угодно, лишь бы воспрепятствовать катастрофе, которая неминуемо должна была разверзнуться над этим домом.
Эрика смотрела так решительно, так воинственно, что следующая фраза, которую она произнесла, таким тихим, спокойным, добрым голосом, чуть было не выбила почву испод ног Луи. Он безвольно опустил руку с зажатым в ней пистолетом, когда Эрика произнесла:
- Сэр Томлинсон, что произошло? Расскажите мне все. Может быть, я могу помочь?
- Мне уже ничем не поможешь, - рявкнул Луи, но, тем не менее, в голосе его уже было меньше злобы, ненависти и ожесточения, чем пару минут назад. Постояв с минуту в нерешительности, видя, что Эрика не торопится и в самом деле отойди от кухонной двери, и что, в случае чего, ему действительно придется пробираться к выходу силой - Луи медленно опустился на стул, невидящим взглядом уставляясь на заваленный тетрадями и листами стол. Эрика продолжала стоять у двери, готовая в любой момент броситься звать всех слуг. Но видя, что сэр Томлинсон немного пришел в себя, что нервная горячка, минуту назад сотрясающая все его тело, отступила, сделала шаг к нему, все еще держа в поле зрения дверь из кухни.
- Расскажите мне всё. Я попробую Вам помочь.
Луи смерил девушку пренебрежительным взглядом. До этого он даже не обращал никакого внимания на нее. Ну, ходит тут по дому еще одна служанка… Он до этого даже не смотрел на ее лицо… Сейчас, черты лица Эрики, в свете свечи, казались какими-то возвышенными и одухотворенными. Луи покачал головой. Чем думала мать, беря на работу хорошенькую девицу, когда в доме живут четверо взрослых мужчин?.. Усмехнувшись про себя, он отложил пистолет чуть подальше на стол. Это не укрылось от взгляда Эрики. Она тут же принялась просчитывать в голове, как бы сделать так, чтоб Луи на секунду отвлек свое внимание от оружия, а она успела бы его перехватить… Заметив куда устремлен ее взор, Луи сказал:
- Ладно, не бойся. Я не стану стрелять себе в голову прямо здесь. Не хочу замарать ваши тетрадки.
- Сэр, - тихо произнесла Эрика, делая еще один шаг к столу, - я прошу Вас… Не говорите так. Что произошло?
- Какое удовольствием Вам слушать о моих проблемах?
- Мы живем в одном доме, а я… Право же, ничего о Вас не знаю, и…. Но могу смело сказать, что я переживаю за Вас. Вы меня напугали, признаюсь, но сейчас я готова Вам помочь. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы избавить вас от роковой ошибки. Пожалуйста, сэр, - Эрика сделала еще один шаг, - расскажите мне все.
Какое-то мгновение Луи молчал, буравя строгим взглядом стену. Его лицо в сумерках казалось бледным и неживым.
- Что ж, ладно. Я ничего не теряю, разве только какие-нибудь десять минут моей жизни. Отчего бы и не рассказать перед смертью? – Луи пожал плечами и повернулся лицом к Эрике. Лицо это, в минуты спокойствия или актерского азарта было красивым, сейчас же оно напоминало лицо восковой куклы – казалось, ни единая черточка не дрожит, а живыми оставались лишь глаза, которые перебегали о всей фигуре Эрики, - я проигрался.
- Проигрались? – переспросила Эрика, на мгновение подумав о театральной игре.
- Да. В карты. Я проиграл огромную сумму, я даже не стану Вам ее называть, чтобы лишний раз Вас не шокировать. Чтобы отыграться, я занял деньги у одного моего знакомого по лицею, лейтенанта Бернара. И проиграл его деньги тоже. Теперь он требует всю эту сумму, но я не могу ему ее вернуть. Попросить у отца? – Луи фыркнул, - возможно, он и даст мне эти деньги, но взамен снабдит такой силой презрения, что я не смогу показать в этом доме и носу. Так вот, я задолжал огромные деньги. Даже для нашей семьи, хотя мы живем, ни в чем себе не отказывая, эта большая сумма, уж будьте уверенны, речь идет не о десяти франках. Лейтенант Бернар дал мне несколько дней на возврат долга. Завтра этот срок истекает. Денег у меня нет. А если я не верну эти деньги, - Луи нервически улыбнулся, но спустя мгновение губы его снова стали спокойны, лишь в глазах добавилась огня, - то он предаст огласке одну мой тайну. А мне легче умереть, чем допустить того, чтобы об этом узнали во всем городе!
