Одному Богу, наверное, было известно, что хотела произнести девушка в тот миг. Но действие Гарри тут же заставило ее прикусить язык. Молодой лорд, вне себя от гнева, развернулся, и обрушил удар сильного, крепкого кулака на оконное стекло. Осколки, протяжно звякнув и заскрипев слезными голосами, осыпались на подоконник. Не обращая внимания на кровь из порезов, Гарри схватил подсвечник и стал крушить остатки бедных стекол.
- Ненавижу! Ненавижу этот дом! Всех их ненавижу!
- Мистер Стайлс! Прекратите! Прекратите, я прошу Вас! – испугавшись, но все еще не теряя природной смелости, Эрика бросилась к своему господину.
- Отстань! Не смей даже прикасаться ко мне! – Гарри развернулся, глаза его метали молнии, словно в каждом было отражение потревоженного Посейдона, - совсем недавно ты первая испуганно отскочила от меня, словно я тебя ужалил! Так не смей трогать меня сейчас!! - Волосы дьявольскими кудрями падали на широкие плечи. Он казался в ту минуту демоном, исполином, титаном, нагоняющим страх на мелких людишек, - отойди, иначе я проломлю тебе башку!
Эрика испуганно попятилась назад. Видя, что ее хозяин совсем не держит себя в руках, она стала думать, что же ей делать. Бежать за помощью? Но за кем? За парой тщедушных служанок? За мистером Бертрамом Стайлсом? Но ведь Лиам сказал, что он и так почти не жилец…
В это время Гарри продолжал громить комнату. Кровь стекала по его рукам, но он не замечал ее. Вслед за разбитыми стеклами, полетели занавески. Он рвал их, осыпая проклятиями.
- Этот дом и так мой! Плевать я хотел на это завещание! Этот дом только мой! И деньги мои! Мои! Мои! Мои!
Дико развернувшись вокруг себя, Гарри заметил, что огонь в камине слегка горит. Эрика не успела перехватить его взгляд.
В секунду, как разъяренный зверь, Гарри метнулся к двери и повернул ключ.
Эрика оказалась заперта.
- Мистер Стайлс…
- Заткнись! Ты! Ты тоже против меня, - зашипел Гарри, надвигаясь на девушку, сжимая пальцы в окровавленный кулак, - ты тоже меня ненавидишь, как и все в этом доме! Но я, слышишь, я! Законный наследник всего, что ты здесь видишь! И не бывать тому завещанию, которое написал мой отец! Я сожгу этот проклятый дом! Сожгу, сожгу, сожгу! А ты будешь только моей! Никакая дружба моих братьев не сможет спасти тебя! – повторял, как безумный молодой лорд, чуть ли не брызжа слюной. Эрика от страха вжималась в дверь, пытаясь увернуться от страшного, нечеловеческого взгляда Гарри.
Все так же резко, отрывисто, Гарри развернулся и схватил кочергу, которой до этого любезная Клара помешивала угли в камине, чтобы согреть покои юного лорда Стайлса. Не ведая, что происходит, Гарри размахнулся раскаленной кочергой, и крохотные огоньки пламени переместились на разорванную занавеску.
- Мистер Стайлс! – Эрика еле боролась со слезами, не в силах выдержать этого бесовского зрелища, - побойтесь Бога! Вы же сказали, что любите меня!
- Я не боюсь Бога! – воскликнул Гарри, смотря, как быстро вспыхивает занавеска, - я сожгу этот дом, сожгу, сожгу! И тебя вместе с ним, но в последний час ты будешь принадлежать только мне!
Эрика в отчаянии заламывала руки. Она и просила, и умоляла, и устрашала Гарри всеми адовыми муками, которым подвергнется его душа, если он сейчас же не успокоится, но лорд ее не слушал. Он с тупым усердием смотрел, как занавеска становится черной, а комнату медленно заполняет дым и гарь.
- Мистер Стайлс!
В эту роковую секунду, когда Гарри уже хотел двинуться к отчаявшейся Эрике с кочергой в руках, на лестнице послышались торопливые шаги.
- Помогите! – крикнула Эрика, уворачиваясь от смертоносной руки Гарри.
В секунду на дверь обрушилась сотня ударов, и, не выдержав напора, она отворилась, слетев с петель, чуть не сбив девушку с ног.
На пороге возвышался лорд Лиам.
- Ты! Изверг! Проклятье!
Что было в следующие минуты, описать не берусь. Знаю только, что быстрому уму Лиама хватило и доли секунды, чтобы оценить масштаб бедствия, и еще столько же, чтобы придумать план спасения. Каким-то чудом он почувствовал, что должен немедля воротиться в дом, а за доктором послал соседского мальчишку. Одним ударом кулака Лиам сшиб Гарри с ног. Удар пришелся младшему брату прямо под челюсть, отчего тот повалился на диван, роняя и кочергу. Лиам бросился к подожженной занавеске. Пламя с нее уже стало перекидываться на покрывало кровати, и Лиам, недолго думая, схватил графин с водой, и обрушил холодную волну на языки пламени. Дальше в ход пошел сюртук. Сорвав его с себя, Лиам принялся бить им по занавеске, вышибая из нее огненные искры. Спустя какое-то время, ему удалось предотвратить настоящий пожар. Бросив истрепанный сюртук, который после схватки с огнем стал больше похож на половую тряпку, Лиам повернулся к Гарри.
Лорд Лиам Пейн обладал недюжей силой, посему, Гарри понадобилось время, чтобы прийти в себя после удара. Воспользовавшись замешательством младшего брата, Лиам подобрал с пола кочергу, и сунул ее под кровать, тем самым оставляя Гарри совершенно безоружным.
Лиам двинулся к Гарри.
- Это ты, - прошипел он, - это ты его убил. Ты убил Найла.
