Пикалево – 20-тысячный городок на юго-востоке Ленинградской области. Но до Петербурга от него очень далеко – по трассе около 300 километров. А если уйти от трассы на север, то попадешь в глухомань под стать сибирской: лесовозные дороги, окающий говор аборигенов, резные палисады на разваливающихся серых избах. Судьба Пикалево изменилась в 1930-х, когда неподалеку нашли солидные залежи известняков и глин. Цементный завод, который достроили аккурат к 1941 г., вызвал приток пролетариата. Позднее к югу от Пикалево обнаружили бокситы – возник глиноземный завод. Уже при Брежневе в городе построили два завода по производству соды, поташа и пластмасс, которые составили вместе с предприятиями соседних Тихвина и Бокситогорска крепкий промышленно-добывающий кластер посреди лесов и болот. Многие из этих заводов составляют единый производственный цикл, то есть друг без друга им никак.
После распада СССР все пикалевские предприятия обрели частных собственников. Ими стали не рабочие коллективы, а крупные акулы вроде «алюминиевого короля» Олега Дерипаски, которому отошло глиноземное производство. И в августе 2008 г. управленцы Дерипаски решили, что не будут отгружать на цементный завод нефелиновый шлам, поскольку собирались производить цемент самостоятельно. А заводу «Метахим» перестали поставлять карбонатный раствор, без которого у него ни соды, ни поташа.
Вот где здесь несправедливость? Представьте, что вы много лет пилили и рубили дрова вашим соседям за деньги. А потом вам надоело: и возраст не тот, и деньги появились, и древесина в дефиците. Но соседи возмутились: нет уж, будь любезен, как раньше, нам дрова доставлять. Убыток у тебя? А нам сиренево, работай в убыток. А если откажешься, мы к тебе серьезных людей пришлем, и они тебя заставят.
Примерно так выглядела ситуация в Пикалево к весне 2009-го. Оставшись без сырья, цементный и химический заводы перестали платить зарплату и выкатили планы увольнений. За долги цементников всему городу отключили горячую воду и отопление. А что местным жителям делать? В соседних Бокситогорске и Тихвине работы негусто, а за ними в радиусе 150 км ее вовсе нет. И три сотни озверевших пикалевцев, прослышав, что премьер-министр Владимир Путин прибыл в Петербург, перекрыли федеральную трассу между Питером и Вологдой.
И он явился на их зов! Возможно, Путин, передав бразды Дмитрию Медведеву на целых 4 года, еще не привык чувствовать себя вторым человеком в стране, возможно, в нем просто сказался ответственный хозяин. Его визит заранее ничего хорошего Дерипаске не сулил: еще накануне два депутата-единоросса внесли в Госдуму законопроект об обращении в государственную собственность трех его юрлиц. Путин так далеко не пошел. Но он выпорол крупнейшего предпринимателя страны как обычного губернатора. Дерипаска обязался поставлять нефелиновый концентрат цементному заводу втрое дешевле рынка и выплатить все долги по зарплате. «И ручку верните», – добил премьер подписавшего договор олигарха.
Получается, что он и вас заставил бы колоть соседям дрова за три копейки и с больной поясницей? Раз уж вы когда-то на это подписались, значит, должны по гроб жизни? Но почему тогда рейтинг Путина, и без того не хилый, вырос еще на 5 %? Почему его решение о возобновлении работы убыточных предприятий в Пикалево поддержали 40 % россиян? А еще 44 % уверены, что это лишь временная мера, а для достижения справедливости советовали национализировать все частные предприятия в городе? Получается, если вы не хотите пилить соседям дрова, то у вас нужно отобрать дом?
Но у Путина не зря высокий рейтинг: его взгляд на природу крупных состояний в России похож на превалирующие в народе. Как выразился писатель Валерий Панюшкин, «мудрый народ злится и думает про буржуев свою нехитрую народную думу – все украли, сволочи! Ну, украли, конечно, но не все и не так, как народ представляет себе воровство»[6]. Народу трудно признать Дерипаску легитимным собственником всех его заводов и пароходов на десятки миллиардов баксов. Разве его прадедушка был при Александре II рудознатцем и основал в Красноярске первый маленький заводик в сарае? Разве его дед упорным трудом превратил сарай в Красноярский алюминиевый завод? Будущий олигарх мог вообще не знать, из чего делают алюминий, пока не основал с сокурсниками брокерскую контору. Правда, ему никто не дарил компанию «Русский алюминий» – структурированную, акционированную и зарегистрированную на фондовой бирже. Но не каждый может разобраться, сколько в ней труда, а сколько фарта. Тем более в российских школах не объясняют, почему к различным странам приходят богатство или бедность.
