К тому времени я уже ничему в Псковской епархии не удивлялся. Еще при жизни Адельгейма я познакомился с местным журналистом Олегом Дементьевым, знаменитым книгой об обстоятельствах гибели 74 псковских десантников во время второй чеченской войны и публикациями о Спасо-Елеазаровском женском монастыре в 30 километрах от Пскова. В 2008 г. он опубликовал в местной прессе статьи «Осиное гнездо под золотыми куполами» и «Ночь с монашенкой – торг уместен», в которых, ссылаясь на рассказы местных жителей, поведал, будто послушницы монастыря используются в качестве проституток для состоятельных посетителей святых мест[4]. Что непосредственно матушка Елисавета (Беляева) вынуждает продавать земли за бесценок и угрожает людям бандитами. Что она же эксплуатирует и обирает рабочих-нелегалов, занятых на работах в монастыре. Оскорбленная сторона подала в суд и выиграла, хотя на стороне Дементьева в качестве свидетелей выступило немало местных жителей.
Летом 2009 г. журналист направил губернатору Псковской области Андрею Турчаку и президенту РФ Дмитрию Медведеву запросы с просьбой разъяснить, как проект охранных зон монастыря, в которые попали 10 окрестных деревень, согласуется с законом и здравым смыслом. Ведь проект получил отрицательные заключения прокуратуры Псковской области и юротдела областного парламента, в которых подчеркивалась коррупциогенность данного документа. Спустя несколько дней после отправки запросов в Пскове собрался епархиальный совет, на котором было принято решение предать Дементьева анафеме.
Во времена Ивана Грозного его непременно сожгли бы. Но в XXI веке анафема Дементьева выглядела нелепо. Во-первых, по определению отлучить от церкви можно только воцерковленного человека, коим седой собкор газеты «Правда» не являлся. Во-вторых, по церковным законам, анафеме должна предшествовать хотя бы одна попытка вступить в переговоры. Дементьев же узнал, что проклят, из Интернета, а на его предложение повидаться владыка Евсевий никак не ответил. В-третьих, анафема, которая в последний раз применялась церковью в отношении бывшего священника Глеба Якунина за самочинное ношение иерейского креста, не действует без одобрения патриарха. А он его до сих пор не дал.
Спасо-Елеазаровский монастырь – культовое место для российской государственности. Отсюда в 1523 г. старец Филофей написал великому князю Василию III знаменитые слова: «Два Рима пали, третий стоит, а четвертому не бывати». Из них впоследствии выросла имперская концепция Москвы как Третьего Рима, популярная даже у коммунистов. Это, правда, не спасло монашескую братию в Гражданскую войну: красные посчитали монахов пособниками атамана Булак-Балаховича и большинство из них уничтожили. К распаду СССР из монастырского ансамбля в пригодном для восстановления виде сохранился только Собор Трех Святителей. А в 2000 г. обитель, к недоумению многих наблюдателей, решили восстановить как женскую.
Дементьев рассказывал мне, будто первую настоятельницу монастыря матушку Елисавету связывало давнее знакомство с архиепископом Евсевием. По молодости оба жили в Загорске (ныне Сергиев Посад): он служил, она возглавляла школу изящных искусств. Вроде бы и настоятельницей монастыря ее назначили спустя несколько дней после пострижения в монахини. Так или иначе, она оказалась неплохим менеджером: быстро нашла путь к сердцам жителей деревень Елизарово, Замельничье, Погорелка, Голова, Слобода, Мухино и других.
В Елизарово военный пенсионер и местный депутат Валерий Никитин рассказал, что все местные бесплатно помогали восстанавливать монастырь: «Матушка Елисавета говорила, что для нашего же духовного возрождения старается. Но потом началась скупка у жителей земельных паев, которые все работники местного совхоза получали в ходе приватизации. Люди попадались и пьющие, и набожные – кто продавал за бесценок, кто просто дарил. Аппетиты монастыря росли на глазах. Ко мне попала бумага: план местности, на котором на месте моего дома значится богадельня, а на месте соседских – здание детского приюта и часовня крестовая».
Подозрения Никитина оказались небеспочвенными: он каким-то образом раздобыл копию письма, которое вице-губернатор Сергей Перников получил от матушки. А в нем просьба посодействовать в вопросе расселения жителей Елизарово Никитина, Ивановой, Бородулина, Федориной и других, поскольку их дома неважно смотрятся на фоне монастырских куполов. Перников наложил резолюцию «предоставить предложения в адрес губернатора, каковы затраты бюджета». О людях – ни слова.
