Ему доложили, что новый сват этого Этельвульфа, франкский король Карл Лысый, узнав, что Хэстен возвращается в Страну Франков, так перепугался, что собрал со своего народа великое множество золота и серебра и все это богатство вручил викингу Веланду, взяв с него клятву, что тот защитит его от Хэстена Неустрашимого и его грозных воинов. Веланд, который недавно служил Хэстену и ходил с ним в походы, теперь стал служить Карлу и даже крестился со всей семьей.
– Чего будет стоить моя слава?! О какой моей удаче будут говорить люди, если я, как овечку, не остригу этого подлого перевертыша и, как мальчишку, больно не отстегаю лысого труса?!
Так восклицал Хэстен и всех звал с собой в поход на Секвану.
Но Бьёрн стоял на своем и говорил, что обещал братьям, старшему Ивару и младшему Хвитсерку, совершить набег на Британские острова, как только он, Бьёрн, вернется во Фраккланд.
И вот в их до этого общем войске возникло теперь как бы два отряда. Одни выразили желание плыть с Бьёрном в Англию, другие – на Сену с Хэстеном.
И то же случилось на корабле Хельги. Кари, прозванный Детолюбом, заявил:
– Я с этими выродками Хродвитнира больше не желаю иметь дела.
Он так сказал, потому что детьми Хродвитнира называют двух свирепых волков, которые гонятся за солнцем и луной и пытаются их проглотить, чтобы мир снова погрузился в первозданную тьму. Одного из чудовищ зовут Скель (
Кари поддержали Вестейн и половина дружинников. Другая же их половина, во главе которых встали Атли Толстый и Старкад Рубашка, ратовали за то, чтобы плыть в Англию.
Это происходило на собрании, на котором Хельги дал высказаться каждому из своих людей, а сам молчал и не улыбался. Когда же все выступили, Хельги взял слово и сказал:
– Что бы вы ни думали о нашем прошлом походе, очевидно одно: мы вместе добыли и нам удалось сохранить большое богатство. На эти средства можно купить два прекрасных корабля, и еще много останется. Пусть каждый следует своей судьбе и плывет туда, куда ему подсказывают его
– А ты куда поплывешь? – наперебой стали спрашивать люди.
Хельги так им сказал:
– В Британии будет Бьёрн. Во Франции – Хэстен. В Норвегии мне заказано объявляться. Невелик у меня выбор. Похоже, мне один Восточный путь остается.
Все молчали. Первым решился спросить Атли Толстый:
– А нас ты берешь с собой?
Хельги им не ответил, но в первые за многие дни улыбнулся, как прежде – как весеннее солнце.
Тогда один за другим они принялись говорить, что останутся людьми Хельги и за своим хёвдингом поплывут хоть на край Круга Земного.
И Хэстен, и Бьёрн весьма огорчились, когда Хельги сообщил им, что не отправится ни с одним из них.
Хэстен на прощание подарил Хельги гривну с молотом Тора из чистого золота.
Бьёрн, который не отличался щедростью, ничего не подарил Хельги. Но попросил его, если тот встретит на Восточном пути Рагнара Лобдрока, передать прославленному морскому конунгу, что его доблестные сыновья отправились воевать Англию и будут несказанно рады, если к ним присоединится их великий отец.
Хельги в тот год исполнилось двадцать девять лет.
Широко открытыми, прозрачно-голубыми глазами Дмитрий Аркадьевич нежно смотрел на Телеведущего. На него так часто смотрели его обожатели, и Сашу такие влюбленные взгляды всегда коробили. Но странное дело – теперь ему было приятно, что Митя так на него смотрит. И, когда он признался себе в этой странности, приятное ощущение не изменилось.
Покончив с едой, Саша сообщил, что, пожалуй, тоже не поедет на троллинговую рыбалку, а вместо этого пойдет на речку.
Митя в ответ – ни слова.
Саша свистнул, как учил Петрович. Но тот не появился: ни сразу, как обычно, будто из-под земли, ни через минуту.
– Ладно. Обнаружится… А вы, Дмитрий Аркадьевич, когда встретите этого шутника, скажите ему, что я, типа, в свободном полете.
Тут только лицо у Сокольцева несколько поменяло свое выражение и, судя по некоторым признакам, Митя наконец-то расслышал Ведущего и собирался ему ответить. Но закашлялся. А когда кончил кашлять, молча принялся за лосося; он у него почти целый был.
Пожелав сотрапезнику приятного аппетита и поблагодарив за компанию, Трулль покинул ротонду.
Драйвера Александр так и не встретил, хотя трижды свистел: при выходе из ротонды, у длинного дома и у будки возле ворот, где стоял Сашин «Лексус». Не обнаружился.
Саша выбрал короткий и гибкий спиннинг – у него в багажнике была целая коллекция удилищ, разной жесткости и длины. В длинном доме переоделся соответствующим образом для береговой рыбалки. В портативный рыболовный ящик с органайзером уложил различные приманки: воблеры, вертушки и колебалки. Ящичек поместил в рюкзак и вышел во двор.
Там Трулль остановился и стал ждать. Но если бы кто-то спросил его, кого или чего он ожидает, Саша, наверное, не нашелся с ответом.
Через некоторое время от люстхауза вернулся Митя.
Александр будто обрадовался его появлению.
– Не видели Петровича? – спросил Трулль.
