– Дураки, – подал голос Филлип, а затем поперхнулся, так как веревка продолжала крепко сжимать его туловище. Самый сильный из охранников толкнул акефала на стул и пронзил злобным взглядом. – Они давно здесь, я ведь вам гово… – Снова хрип. – Черт, эта штука мне нос сломает!
Кензо шагнул к демону и слегка ослабил путы, проведя рукой по веревке.
– После того как Носдорфы не поддержали твою идею с детектором, ты сразу отправился к квартире Бальтазара, так?
– Да, – просипел акефал и немного поерзал.
– То есть по времени они тоже могли уже успеть явиться сюда. Нужно разведать обстановку, – обратился к остальным Кензо.
Мона покачала головой:
– У нас нет на это времени! Наш единственный шанс – добраться до фараона быстрее, чем Носдорф!
– Но не так же бездумно! – Кензо осторожно положил ладонь ей на плечо. – Нам необходим план, на случай если придется прорываться с боем. Достаточно всего лишь на какое-то время задержать Носдорфа, пока не приедет экстренная служба. Но тем не менее… да, пора идти.
– А что насчет реликвий? – позвал их Бен.
Мона ахнула. Проклятье! Не важно, столкнутся ли они сейчас с вампиром или сожгут фараона, в результате разразится настоящий хаос, включится пожарная тревога, все здание затопит вода…
– Бен прав! Мы должны перенести в безопасное место живые реликвии. Пожарные, спецназ… Вот черт, и Носдорфам ведь тем более наплевать на сохранность артефактов. – Ей сразу вспомнилась говорящая статуя Гора, которую еще даже не зарегистрировали. Она стояла в холле перед выставочным залом Сонотепа. Что, если она попадет под перекрестный огонь? А еще вольпертингер – он стал больше домашним животным, чем экспонатом или нарушителем спокойствия, тут как посмотреть. – О, – вырвалось у Моны. – Ну конечно! Зверюга может нам помочь.
Кензо уставился на нее, его брови поползли вверх, почти до линии роста волос.
– Эммм… В общем, у н-нас тут есть кое-какие реликвии, которые не без причины держат под стеклянными колпаками, – заикаясь, протараторила она. – Проклятые вазы чертовски опасны, сатанинские гобелены знают проклятия, которые даже я не рискнула бы произнести… и еще у нас есть агрессивный вольпертингер.
Мона наблюдала за улыбкой, которая расцвела на губах Кензо.
Эльф с довольным видом потер руки:
– Хорошо, тогда по пути к фараону захватим подкрепление!
Борис, Мона и Кензо дружно кивнули друг другу, только Бен, нахмурившись, буравил взглядом Филлипа.
– А с ним что будем делать? – полюбопытствовал он, указав на демона, который в этот момент вздрогнул.
– Позвольте мне вам помочь! Бальтазар должен увидеть, что я… что я друг! Что я делаю это ради него! Пожалуйста! Я всего этого не хотел! О-он всегда был таким прагматичным и… я же делал все это для него. Поверьте мне.
Борис тихо цокнул языком.
– Минутку, сейчас уладим.
Он поднял левую ногу, ухватился за ступню и снял кроссовок. За ним последовал носок. Снова надев обувь, вампир свернул кусок черной ткани, нагнулся к демону и засунул носок между пуговиц прямо ему в рот.
– Кензо? Не мог бы ты веревку немного… ну, ты понял.
Эльф засмеялся.
– С превеликим удовольствием. – Одно движение руки по веревке, и теперь от Филлипа слышались только нечленораздельные ругательства.
– Он явно больше не даст нам ничего полезного. – Борис закатил глаза. – Давайте оставим его здесь. Если возьмем с собой, привлечем слишком много внимания. Кроме того, я бы предложил, чтобы один из твоих людей занял позицию перед музеем, а второй остановил сотрудников, которые тут скоро появятся. Некоторые из нас выходят на смену очень рано. – Он кивнул головой в сторону простых настенных часов над дверью.
Мона в ужасе уставилась на цифру пять, на которой остановилась стрелка. Всего через полчаса придет утренняя смена охраны.
Не понадобилось даже стартового сигнала: они все одновременно выбежали из раздевалки и устремились обратно в коридор, ведущий к лестнице на первый этаж. Кензо опять шел первым. Он быстро поднялся по ступеням, Мона двигалась за ним не некотором расстоянии:
метафизические у него крылья или нет, они загораживали ей обзор. В итоге это ее и спасло, потому что эльф резко остановился, и она чуть не врезалась в него.
– Чт… – начала она, однако Кензо предупреждающе прижал палец к губам, махнул рукой вверх и указал на большую арку со стороны вестибюля.
Из-за угла, извиваясь, выползла черная магия. Выглядела она как дым, но вела себя, скорее, как вязкая жидкость. Небольшая волна бесшумно хлынула в проход.
– Вот дерьмо, – прошипел Бен. Он повернул голову вбок, поднял нос и принюхался.
– Дай угадаю. Пахнет пудингом? – прошептала Мона.
Ответом ей послужили оскаленные зубы. Итак, Носдорф уже в здании… А единственная лестница, которая напрямую вела на этаж с выставкой Сонотепа, находилась в вестибюле музея. Моне не хотелось обходить по лестничной клетке – это отнимет много времени.
– Пойду быстро принесу вольпертингера, – пробормотал ей на ухо Борис, а потом на огромной скорости помчался по коридору в другом направлении.
