Патриарх осмотрел зал, увидел своих слуг, застывших в почтительном поклоне и громко скомандовал:
- Все слуги и охрана вышли! Пошли, пошли вон!
Слуги быстро покинули зал, дверь захлопнулась – Шанти краем глаза проследила за их исчезновением. Она опасалась, что дверь уже заблокировали, слуги начнут рваться наружу, не понимая, что происходит, адепты всполошатся и все начнется раньше, чем она запланировала. Так-то повода для особого волнения в этом не было, но Шанти хотелось поговорить с этим сборищем кровососов, прежде чем их уничтожить. Зачем поговорить? Она и сама до конца не знала. Для знаний, наверное. Никогда не лишне знать, что представляют собой твои враги. Или представляли...
- И что это значит, Антагон? – резко спросил Патриарх - что за поведение? Ты чего себе возомнил?
- Какое поведение? – нарочито недоумевающе спросила драконица – и вообще, что за непочтительность? Ты почему говоришь без позволения императора? Как расценить твое поведение?
- Что?! – поперхнулся Патриарх – ты, ничтожный червь, смеешь...
- Патриарх, это не император! – перебил один из адептов, сидящих рядом с главой храма – у него аура отличается! У этого существа синяя аура! Это даже не человек!
- Тварь? Как сюда попала тварь? – изумленно спросил Патриарх – быстро, обездвижить его!
Пятеро адептов вскочили с места, выкрикнули какое-то слово, и Шанти почувствовала, как ее обожгло огнем. Больше, надо сказать честно, она ничего не почувствовала, но мгновенно сообразив, что к чему – застыла на месте, вращая глазами, как если бы ее руки и ноги были парализованы.
- На сколько времени хватит заклинания? – удовлетворенно спросил Патриарх, вставая с места и направляясь к Шанти.
- Полчаса гарантирую – сказал первый адепт, и добавил – до истечения срока тварь лучше убить. Иногда у них бывает высокая сопротивляемость к магии. Сейчас я наложу на него заклинание правды, и он будет говорить то, что мы хотим услышать.
- Давай, давай – довольно кивнул Патриарх – очень интересно узнать, откуда же эта пакость взялась и куда делся гнусный мальчишка, по недосмотру именуемый императором. Кто занял его место...
Адепт подошел к Шанти, бросил в нее каким-то порошком, отчего она едва не чихнула, и с трудом от этого удержалась, произнес короткую фразу, сопровождая ее пассами рук, и драконицу снова охватила волна тепла.
- Сделано – кивнул адепт – позволите, я проверю?
- Позволяю! – патриарх взял стул, поставил его напротив Шанти и стал смотреть, что будет дальше. А дальше адепт постоял, подождал еще секунд десять, как бы дожидаясь, когда заклинание как следует пропитает жертву, а потом спросил:
- Ты кто?
- Неправильный вопрос – хмыкнула Шанти – давай договоримся, я отвечаю на твой вопрос, а ты на мой? Вопрос на вопрос!
- Бред какой-то! – фыркнул один из адептов – наложите на него заклинание боли! Пусть подергается! А потом спрашивайте! Вы что, первый раз допрашиваете?
- Мы как-нибудь разберемся, Геом! – не поворачиваясь ответил Патриарх – сядь и молчи. Здесь я старший. Займешь мое место – тогда и будешь командовать. (Если доживешь! – подумал про себя Патриарх – что-то ты в последнее время стал излишне нагловатым.)
Помолчав, Патриарх добавил:
- Наложи на него заклинание боли. Эй, тварь, если не будешь отвечать на наши вопросы, каждый раз с тобой будет вот это! Давай!
Заклинание боли для Шанти было не страшнее плевка на спину, но показывать это она не собиралась – закричала, завыла, после того, как адепт выкрикнул какие-то дурацкие фразы, плеснув на нее вонючей жидкостью, по запаху напоминавшей кошачью мочу.
Шанти была очень раздосадована порчей ее костюма, и выла от ярости до того натурально, что один из апостолов поморщился, и тихо сказал:
- Уши заложило. Неужто нельзя было предварительно заткнуть ему рот? На кой хрен я должен слушать вой этого придурка?
Наконец, Шанти бросила изображать муки, и затихла в кресле, именуемом троном. Зад у нее уже ныл от соприкосновения с твердой поверхностью этого золоченого табурета, и драконица дала себе зарок – сделать все троны во дворце мягкими, снабдив их еще и подушками, чтобы можно было в кресле полулежать. Разве она не заслужила комфортной жизни?
- Теперь поговорим. Кто ты? – патриарх внимательно посмотрел в глаза «императора».
- Тварь – усмехнулась Шанти.
- Зачем ты занял место императора?
- Ты что – дурак? Непонятно, как такой идиот занял место Патриарха! – ядовито сказала Шанти – любой ребенок догадался бы – зачем! Ради власти, конечно!
Позади послышался чей-то смешок, но патриарх не обратил на него никакого внимания, решив после разобраться – какая сволочь смеялась. Кару негодяю он придумает потом. На досуге. Впрочем – и так ясно, кто смеялся.
- С этим ясно – патриарх почесал нос, помолчал...
