— Ненавижу! Как же я ненавижу тебя! Предатель! — с этими словами Настя заплакала и упала на кровать.
— Это твой долг… — повторял отец, закрывая за собой дверь… — Это твой долг…И мой — тоже.
Путь из Москвы до столицы не занял много времени. Личный самолет отлично справился с нашим маршрутом, и мы с Марком вышли на трап, по которому барабанил типичный Пулковский ливень.
— Ненавижу погоду в Питере. — хмуро бросил мне Мидлер. — Тут редко бывают солнечные дни.
— Скоро их станет еще меньше. — пробурчал я, намекая на предстоящие военные действия.
Внизу нас ждали бронированные лимузины и джипы с мигалками. Гвардейцы вытянулись по струнке и стоически выдерживали бомбардировку дождем. Из одной машины неторопливо вышел Андрей Годунов и с лисьей ухмылкой уставился на наши хмурые лица.
— Рад приветствовать друзей императорского рода! — пафосно изрек принц и указал рукой на дверь машины. — Присаживайтесь. Отец велел вас сопроводить.
— Премного-премного… — заворчал Марк, и мы плюхнулись на заднее сидение.
— Мы с вами так и не сыграли в шахматы на Рождественском балу, Глеб. — донеслось до меня с переднего сидения. — Хотелось бы реванша.
— Это можно… — улыбнулся я. — Хотя предпочитаю с недавних пор играть живыми фигурами.
— Я заметил. — оскалился в ответ принц. — Это видно по Москве и вашей новой фамилии. Лихо вы играете!
— Спасибо!
— От Нарышкиных на фронте действительно будет больше пользы, чем в Москве. — продолжал принц. — А что с их отпрысками и женами?
— Устроил их в чудесные апартаменты до лучших времен… — признался я. И в этом не были и тени лукавства. В Златоглавой была дворянская тюрьма, которая внешне больше походила на имение какого-нибудь богатого графа. Там были и сады, и слуги, и библиотеки, и школы, — в общем, все удобства для людей, привыкших жить на широкую ногу.
— Идете по стопам Годуновых?
— Вы про Голицыных, которых когда-то простил ваш предок? — поинтересовался я и улыбнулся. — Конечно, с кого мне брать пример, как не с Годуновых⁉
— А вы льстец, однако…
— С лисой водиться — по-лисьи биться. — завуалированным комплиментом вернул я любезность принцу.
Марк всю дорогу равнодушно молчал, а мы с принцем наслаждались политической беседой. Я вновь обнажил на виске свою метку Десницы и чувствовал себя отлично! Так плотник радуется, когда стругает что-то по-настоящему прекрасное. Так свободолюбивый капитан искрится от счастья, когда его длительный отпуск на суше подходит к концу. Но моей подлинной страстью было не море и не дерево… Я откровенно наслаждался властью, любыми ее проявлениями…
На территорию Петергофа мы въехали через двадцать минут, — мигалки очень помогли на дорогах. Парковая зона дворца светилась лоском барокко, сочная зелень жирно блестела в лучах редкого солнца, — все же продолжало моросить… Фонтаны разбрасывали серебряные струи воды, распространяя повсюду прохладу и свежесть.
Каждый гвардеец считал своим долгом склонить голову, завидев меня и принца. Торопливым шагом мы направились к парадным дверям, где нас уже ожидала императрица со старшим сыном. Марк откровенно пялился на всё великолепие, что нас окружало. Он видел это не раз, но только одним глазом.
— Глаза сломаешь. — беззлобно сказал я ему.
— Не страшно. Новые мне отрастишь. — хмыкнул старик.
— Добро пожаловать в Петергоф! — сдержанным реверансом поприветствовала нас жена императора.
— Благодарим! — слегка склонив головы, одновременно ответили мы.
— Я не представился в прошлый раз… — сказал старший брат Андрея и протянул мне руку. — Борис — первый наследник трона.
— Очень приятно… Десница. Тень Империи.
В нашем рукопожатии многое было сказано друг другу. Парень явно не доверял мне, но я его за это не винил. Скоро я смогу завоевать и его расположение… Всего-то и нужно будет… Выиграть мелкую войну…
Далее нас пропустили внутрь и проводили до личных покоев. Марка заселили в комнату напротив моей. Императрица любезно пригласила всех на ужин, который должен был состояться как раз после военного совета. Ну, а пока у нас было несколько часов для того, чтобы привести себя в порядок.
Вежливо распрощавшись со всеми, я закрыл дверь на все щеколды и замки и отправился в ванную. Мне хотелось смыть с себя запах дороги и самолета… Да и медитация была бы не лишней.
Наполнив ванну горячей водой, я тут же принялся за водные процедуры. Приведя себя в должный вид, я натянул на ноги кожаные штаны и накинул на плечи белую рубаху с широким рукавом. Подпоясавшись серым кушаком, я посмотрелся в зеркало.
Изумрудные глаза зеленели северной хвоей, легкая небритость обрамляла мужественный подбородок, волосы лоскутами бездонного мрака ниспадали на широкие плечи. Я был молод и красив по меркам современного мира… Но это была только внешняя сторона… На обороте прятался умудренный веками старец, жаждущий отмщения за свою любимую… За свою империю.
