Тряхнув головой и хлопнув в ладоши, я решил не окунаться в черный омут меланхолии, и прямо на полу уселся в позу лотоса. Мне хотелось попробовать преодолеть новую Грань своего развития. Власть над сущим требовалась в доработке. В прошлый раз, в битве с Нарышкиным, Абсолютное зрение далось мне крайне тяжело. Я потом замучился стирать кровь с глаз. Но сегодня я чувствовал, что мое тело достаточно окрепло для нового рывка.
Нырнув в трансовое состояние, я потянулся к своему духу. Осветив его с помощью кристалла, я тут же активировал меридиан. Он, как тугой канат, натянулся до предела и загорелся зеленным огнем.
Напряжением и силой тока, что сейчас выдерживал данный канал, можно было запитать несколько городов. В этот раз я проводил обряд по слиянию трех основных элементов любого разумного: духа, тела и разума.
Невероятная боль пронзила всё мое естество, когда я удлинил меридиан и соединил его со своей душой. Получилась цепь: дух-сердце(тело)- разум. Оставалось только Властью прижигать каждый стык… Энергии катастрофически не хватало… Сквозь кровавую пелену и яркий абстрактный бред я потянулся к подпространственному карману. Кое-как мне удалось достать склянку с зельем. Я молниеносно опрокинул в себя ее содержимое. Сил прибавилось.
Я повторил так три раза, пока не исчерпал весь свой запас, пока надежно не запаял каждый стык! Боль резко прекратилась, а меридиан, соединяющий во мне кристалл, душу и мозг, засверкал изумрудным пламенем! Я открыл глаза. Чертог мудреца был пройден, и теперь я перешел в касту Изменяющих. Третья Грань Власти над сущим была взята!
Я попробовал активировать Абсолютное зрение, синтезируя силу Ока Монарха и Ока Власти. Теперь мне это далось гораздо легче! Я вновь видел суть вещей, их дух…
В этот момент я увидел сквозь стену, в которую был вмурован камин, как двигался золотистый силуэт девушки. Все души горели золотом в моем представлении. Эта была Анастасия. Раздался щелчок и потайная дверь открылась, явив моему взору принцессу.
Она была в легком шелковом платьице, испачканном в пыли и плесени подземелья. Девушка воспользовалась тайным ходом, чтобы прокрасться ко мне в покои.
— Глеб! — завидев меня, она тут же бросилась ко мне на шею… Отчаяние подтолкнуло ее к этому шагу. Отчаяние заставило ее забыть о приличиях. И искренняя ничем не запятнанная любовь вынудила ее прижаться ко мне всем телом. Под абсолютным зрением все люди передо мной были, как на ладони…
— Что случилось, Настя⁈ — обняв девушку за плечи, я погладил ее волосы, вдыхая знакомый аромат цитрусовых и таёжного ельника…
Девушка беззвучно рыдала у меня на плече, я чувствовал, как она проклинает себя за этот минутный порыв слабости, как она боится признаться мне в любви, как боится показаться глупой дурочкой… Но вглядевшись в ее душу внимательнее, я застыл от шока… Там, покоился дух Мирры! Оказывается, моя жена перед смертью смогла запечатать свою суть в случайном созвездии, в случайном человеке, в случайной искре жизни… Это была управляемая реинкарнация… Она смогла…
К слезам девушки прикоснулись мои собственные. Я не верил в свое счастье. Я не верил, что Вселенная вновь улыбнулась мне.
— Глеб… Если я тебе дорога… Хотя бы как друг… Прошу тебя, не позволь моему отцу выдать меня замуж за султана! Тебе нужно закончить эту войну за один месяц, иначе я навек стану рабыней восточного визиря!
Вместо ответа я прильнул своими губами к ее глазам. Я поцеловал ее ресницы так нежно, словно боялся развеять ее по ветру от своего прикосновения. А дальше… Дальше вспыхнул пожар, страстный и неукротимый, как беснующийся вулкан… Произошли катаклизм, взрыв сверхновой, Армагеддон, падение и взлет двух истинно любящих сердец… Люди всегда называли это любовью…
Идя по коридорам императорского дворца, я усиленно пытался привести в порядок хаос, творившийся в моей голове. Мирра! Моя первая и единственная любовь! Здесь явно не обошлось без подарка Вселенной. Это было невозможно… Тем не менее это было правдой! И я сделаю все, чтобы моя любимая вновь очутилась под моей защитой, и на сей раз я не допущу повторения трагедии, что постигла нас! Иначе и быть не может.
Гвардеец, что сопровождал меня, остановился перед массивной дверью. Ее охраняли серьезные даже на вид воины. Но стоило им увидеть регалии Десницы на моем лице, как они поклонились и открыли проход в кабинет государя.
Николай восседал в кресле, не мигая наблюдая за игрой огня в камине. Своими мыслями правитель был явно далеко отсюда, но стоило мне зайти, как он незаметно встрепенулся, мгновенно настроившись на рабочий лад.
— Глеб Ярославович. Поздравляю с возвращением родовых земель. Будь сейчас иное время, мы бы закатили по этому случаю праздничный приём, но война вносит свои коррективы. — указав рукой на соседнее кресло, произнес император.
— Благодарю. — усевшись, ответил я. — Но моя месть еще не совершилась. На очереди есть еще один великий род. Голицыны.
