– Ну же, Нинтранд! – Карзах, попытался вылезти из грузовика, чтобы вытащить друга, но Лорбурт схватил его за руку.
– Карзах, спаси мою семью. – Нинтранд достал из бардачка пистолет Ольманда и протянул его Рейверию.
– Нинтранд, не время останавливаться, возьми себя в руки!
– Мне неделю жить осталось, Карзах! Быстрее! Я прошу тебя, моя семья не уедет сама!
Карзах нерешительно взял пистолет и, собрав волю в кулак, ответил.
– Я спасу твою семью, Лорбурт.
– И вот, самое главное. – Нинтранд передал Рейверию надежно упакованную, небольшую стопку документов. – Скорее, беги в ту сторону до конца. Там ворота в Мертвый район. Передай охраннику один из этих документов, сам разберешься какой.
Нинтранд, более ничего не слушая, достал свой личный пистолет и вылез из грузовика, заняв укрытие. Скоро сюда спустятся военные. Карзах вышел из кабины грузовика, и, что есть силы, побежал к воротам Мертвого района. Он спасет семью Лорбурта. Он должен спасти.
*
Разгоряченное тело стало мокрым под тяжелой кожаной косухой. Зажигалка щелкнула. В нос ударил легкий запах горючего. Огонек быстрым и плавным движением приблизился к сигарете. Опалил хороший табак. Огонек потух, когда крышка вновь закрылась со щелчком.
Айка сделала затяжку. В голову ударило дурманящее спокойствие и тишина. Ночь горела разноцветными огоньками, поедая частички темноты. Из-за спины послышался легкий запах духов.
– Опять пришлось бежать?
– Типа того. Всю жизнь бегу от судьбы.
Белая Смоль сильно отличалась от Старгрома. Столицу бережно отстраивали лучшие мастера Дользандрии. Это был единственный город, куда пускали иностранцев, чтобы те восхитились тоталитарной страной, ее технологическим уровнем, прониклись ее культурой и отправились домой рассказывать истории о могучей стране в самой середине Волькрамара. Именно здесь получали свой необычайный опыт знакомства с государством дипломаты и политики из других стран. Лишь гражданам Вольной Державы Аворструб позволялось путешествовать по стране, которая не сильно отличалась от их собственной.
Скелька облокотилась на плечо Айки.
– Мне рожу твои волосы щекотят. – Холодно сказала Айка.
Девушки несколько минут сидели в тишине.
– Ох, ты уже не любишь запах моих волос?
– Скелька, у тебя самые классные рыжие волосы. Просто огонь.
– Хм, и язычок?
– Ну не знаю.
Скелька недовольно убрала голову. Ее рыжие волосы развевались на ветру, щекоча выбритые виски. На ее светлой, почти бледной коже играли тени маленьких листочков. Скелька так красиво смотрелась на фоне иссиня-черной сирени. Ее губы слегка дрожали от холода. Когда-то Айка так сильно утопала в этих голубых глазах. Почему же сейчас ей так тоскливо?
– Что у тебя с настроением в последнее время? – Спросила Скелька. – Ты уходишь утром. Порой не приходишь ночью. Ты будто предпочитаешь мне закоулки и улицы этого долбаного города.
– Не говори ерунды. – Айка сделала затяжку сигареты, отрешенно смотря вперед. – Все нормально. Просто много дел.
Скелька вновь положила голову.
Ксельдр недавно сделал предложение Ренкельте. У них все так хорошо. Ренкельта прыгает от счастья. Я, честно говоря, реально рада за них.
– Ага. – Без интереса ответила Айка.
– Ладно. – Скелька убрала голову. – Я надеюсь, у них все получится.
– Почему бы и нет.
Окурок упал на землю. Тяжелая подошва размазала тлеющий табак. Тишина повисла в воздухе. Скелька долго молчала и вновь начала разговор с виноватой улыбкой.
– Как и у нас.
Айка промолчала, о чем-то думая и смотря в пустоту. Скелька с усилием продолжила.
– Давай поедем куда-нибудь дальше. Мне совсем не нравится этот город. Я не могу больше тут торчать. – Сердце девушки стучало, как молот по наковальне.
– Не строй иллюзий. – Грубо буркнула Айка.
Сердце Скельки забилось, как лошадь на скачках. Она невольно замолчала.
– Ты не хочешь со мной больше быть? – Голос девушки срывался. Сердце отбивало дробь.
Айка достала небольшую фляжку и сделала глоток рома.
– Скелька, меня что-то гложет. Что-то, что я не могу понять. Я чувствую, что мне нужно вернуться к самому началу. Исправить то, что натворила. Хотя бы ради самой себя.
– Ты всегда только ради себя все и делаешь. Я тебе всегда поддакивала! – Скельку трясло от горя. – Потому что, блин, люблю тебя. Почему мы не можем вернуться вместе? Почему я не могу тебе, в конце концов, помочь, мать твою?!
– Потому что я от тебя устала. Не вешай на меня ошейник. Иди домой.
Губа Скельки поджалась от подступающей обиды, злости и печали.
– Ты сейчас испытываешь кайф, что кинула меня в лоб, коза?
– А, если бы я елозила туда-сюда, тебе было бы легче?
– Ты это и делала, сука! Я этот разговор начала! Сколько бы ты еще бегала по этому тупому городу, прежде чем сказать мне всю правду?!
– Я не знаю. Мне больше нечего сказать. Прости, мне пора.
– Ну и найди себе шлюху дешевую! – Скелька зарыдала. – Пускай она все твои долбаные прихоти выполняет! Ненавижу тебя!
Айка показала средний палец, медленно идя прочь по тротуару.
– Ищи себе богатую бабку, иначе сдохнешь без меня! – Айка плюнула в сторону Скельки.
– Сука, пошла ты нахер! – Крикнула Скелька сквозь рыдания и спешно пошла домой.
