– К чему столько ужаса в глазах? – Спросила Актра. – Ведь ты теперь одна из наших тысяч дочерей.
Скелька непонимающе взглянула на вампиров. Через несколько секунд она испытала невероятный ужас. Шрамы, восстановление тела, свет, шторы. Они что… обратили ее?!
– Не подходите ко мне! – Истерично закричала Скелька и отбежала к стене.
– Не волнуйся, родная. – С улыбкой ответил Корбл. – Мы твои друзья. Актра, не сочтешь ли ты за грубость, если я попрошу тебя поделиться своим зеркальцем?
– Пускай это будет моим первым даром. – Ответила Мать и протянула Скельке зеркальце с позолоченной оправой.
Девушка медленно протянула руку в ответ и неуверенно взяла подарок. То что, она увидела, когда взглянула на себя в зеркало, повергло ее в ужас. Ее нежные голубые глаза стали глазами существа, которое ввергало всех в ужас. Глаза убийцы, ночного охотника, кровопийцы. Светлая кожа стала совсем белой. Зачем они сотворили с ней такое?! Ведь покой был так близок!
– Ты привыкнешь со временем. – Сказал Отец. – Это нормальная реакция на второе рождение.
– Как вы вообще нашли меня? – Срывающимся голосом спросила девушка.
– Боюсь, обстоятельства сложились так, что я вынужден оставить это для тебя тайной. – Ответил Корбл.
– Я хоть что-то могу вообще узнать?!
– Разумеется. – Ответила Актра. – Но пока тебя нужно отдохнуть, дорогая. Время все расставит по своим местам.
Скелька так и не узнала, кто ее спас. Она научилась выживать. Научилась думать и действовать, как вампир. Узнала законы своих родичей и основы существования. Она действительно родилась второй раз. Ее раны затягивались за одну ночь, а реакция стала быстрее, чем у кошки. Она стала замечать малейшее движение в ночи. Научилась жить и не обращать внимания на проблемы других. Она стала вампиршей. Стала бессмертной.
Лишь один шрам все еще кровоточил и не давал жить. Знобил, терзал, обжигал, терзал и убивал. Она все еще любила Айку. Годы поисков привели к одному месту, где она надеялась увидеть ее вновь. Старгром. Айка вернулась туда, где все началось. Она должна была найти ее там. Должна была.
*
Айка и Скелька двигались по ночному району. Повсюду лежали мертвые тела. На заброшенных домах начинал расти плющ.
– Прости меня, Скелька. – Вновь сказала Айка. – Это была моя вина.
– Я не виню тебя. Правда. – Скелька остановилась и присела на капот машины. – Со временем я поняла, что ты просто потерялась. Ты не могла понять ни себя, ни меня. У всех бывает такой момент в жизни. Особенно когда рушится все, что ты построила в детстве. Все твои принципы, стремления, комплексы, мечты оказываются такими несостоятельными. Ты превращаешься в пустую оболочку, которую нужно снова заполнить. Но уже чем-то новым, более правильным в твоем представлении. У меня такое тоже было. Главное, что сейчас мы вместе. В последние минуты.
Айка присела рядом со Скелькой и обняла ее, положив голову на плечо.
– Прости, бессмертная, но я уже с ног валюсь. – Сказала Айка, закрыв глаза. – Давай продолжим путь днем.
– Ладно, ложись. Я присмотрю за тобой.
– Не надо на меня пялиться всю ночь.
– Захочу и буду.
– Сука.
– Еще какая.
*
Рэйнер двигался по улице нетвердой походкой. Он часто нервно оборачивался и тяжело дышал. Ветер неприятно взъерошивал его рыжую шерсть. Ладно тебе, ты же уже в старшей школе, хватит бояться! «Дом номер шестьдесят, – считал про себя скьяльбрис, – шестьдесят два, шестьдесят четыре, шестьдесят шесть… шестьдесят восемь».
Небольшой участок с заборчиком по пояс представлял особый интерес для Рэйнера. Он долго не решался дать согласие на то, что ему предложили. Опасное, все-таки, дело. С другой стороны, сколько еще можно сидеть и ныть. Сньялра найдет себе кого-нибудь получше. К чему все эти дела любовные, когда есть возможность творить историю.
Рэйнер запросто перепрыгнул через забор и направился к подвалу многоэтажного дома. Траву никто не косил, и она неприятно обтирала шерсть, оставляя пыль, грязь и колючки. Даже тропинка к зданию полностью заросла. Ну почему все подобные мероприятия нужно обязательно проводить в ебенях?!
Красные потрескавшиеся кирпичи здания не внушали доверия. Может, еще есть варианты повернуть обратно? Может, ну его все к черту? Можно же просто пойти в школу и погулять с Сньялрой. Нет, надо. Давай, Рэйнер, не трусь.
Скьяльбрис подошел к железной двери подвала и постучал. Никто не ответил. Тогда он громко постучал ногой. Тишина. Через минуту послышался звук открытия двери изнутри. Подвал открывал свое чрево. Теперь уже назад пути нет.
Из-за двери выглянула голова белошерстного скьяльбриса.
– Ты кто? – Спросила голова.
Рэйнер протянул пригласительное письмо, и голова тут же открыла дверь полностью.
– Добро пожаловать, сородич.
Рэйнер прошел в подвал вместе с белошерстным скьяльбрисом. Бетонные стены испещрились трещинами, но их замечательно скрывали идеологические флаги с изображением оскаленной кошачьей головы. Висящие на проводах лампы тускло освещали ступеньки, ведущие все ниже и ниже.
