— Вот значит как. Но Сазар действительно странный, а главное он не может пудрить мозги тем, чье сердце уже занято. Да и обряд связывания показал, что я не ошибся, когда не спрашивал твоего мнения на этот счет. — Дин расплылся в довольной улыбке и отпил немного вина.
— Это же почему? Так и будешь до конца моих дней недоговаривать и просто ставить перед очередным принятым тобой решением?
— Я не хотел тебя обижать, — он примирительно поднял руку, — вот избавимся от посторонних, и обязательно расскажешь мне свое мнение обо всем.
— Зачем ждать? — от накатившей волны раздражения, я икнула и проигнорировала смешок Дина на то, как не уместно это случилось. Я и так могу сказать, что думаю.
— Не надо, — предупредительным тоном попытался остановить меня Дин. — В прошлый раз твои откровения заставили Арию показать себя. А мне сейчас хотелось бы побыть с тобой, — с неожиданной теплотой в голосе произнес он, заключив мою кисть в жаркий плен своих ладоней.
И как можно злиться, глядя в самые честны и ясные глаза, что сверкали подобно траве после дождя?
— Ладно, но мы еще поговорим об этом обряде, — строгим тоном пообещала я.
— Обязательно. Потом, — поддакнул он. — Но сейчас я могу предупредить тебя только об одном, — продолжил Дин, перехватив мою ладонь одной рукой, а второй потянувшись к бутылке с вином, чтобы подлить мне в бокал.
Я внимательно следила за его действиями, стремительно перебирая в голове возможные варианты его следующих слов, от чего морщинка пролегла между моих бровей.
— Я завтра отправлюсь на территорию монстров, и взять тебя с собой не смогу. Принято решение провести обыск поселения. Нападение на людей и убийства — очень серьезный проступок, мы не позволим, чтобы кто-то еще пострадал, а Сетта не горит желание докладывать обо всем, что может показаться странным даже створгу.
— Кто-то может пострадать?
— Мы постараемся этого не допустить, но тебе там делать нечего. И мне бы не хотелось, чтобы ты переживала на этот счет. Мы сами найдем твою мать.
— Джун, — поправила я его.
— Хорошо, Джун. Надеюсь, нам удастся найти что-нибудь, что подскажет нам о том, кто мог помочь ей покидать периметр. Или, может, она скажет? — спросил он, странным образом посмотрев на меня, словно надеясь на подсказку.
— Нет, не скажет, — расстроила я его и отхлебнула вина, которое немного сглаживало неприятный разговор.
— Выходит, придется подержать ее в камере, пока не разберемся. Оттуда она никого убить не сможет.
— А потом… убьете? — спросила его, избегая прямого взгляд.
— Не знаю, это уже не от меня зависит. Возможно, Тео отдаст этот вопрос на обсуждение министров. И будем смотреть, что они предложат.
— М-м.
— Но это все. На сегодня. Поэтому предлагаю поужинать и отправляться в кровать,
— Дин игриво улыбнулся. — Нам нужно еще укрепить созданную связь.
Я посмотрела на него сквозь прищурь, подозревая к чему он клонит.
— Ты еще не устал? — уточнила я.
— Для тебя я всегда полон сил.
— Нет, так не пойдет, — остановила я его и попыталась забрать свою руку из его крепкой ладони. — Ты мне про обряд ничего не сказал. Хочу не хочу — не спросил. А теперь хочешь получить удовольствие после этого? Нет. Не пойдет.
— Ты мне отказываешь?
— Нет. Наказываю. Я забыла предупредить тебя, что сегодня мы будем спать врозь.
— Вот это неожиданно. И обидно. Я же хотел как лучше. Может, ты меня простишь?
— соблазнительным тоном произнес Дин, притянув к себе мою ладонь, и поцеловал в нее.
— Нет. И не проси. Завтра. Может быть. Я и прощу тебя.
— А сегодня? Будем спать в разных комнатах? В разных постелях?
На миг явственно представила, какой будет эта ночь, и от этого на душе стало грустно и одиноко. И немного боязно. От проснувшейся тревоги платье потемнело.
— Ну… я… могу согласиться на сон в одной кровати. Только СОН, — подчеркнула я свое условие, и пояснила для полной ясности: — Не голышом и под разными одеялами.
— Не слишком ли для брачной ночи?
— Брач…что?
— Первой ночи в качестве мужа и жены.
— Нет. Для тебя в самый раз. Чтобы не думал, что можешь тут крутить мной, как Сазар Элли.
На мое сравнение Дин криво улыбнулся, приподняв одну бровь, но спорить больше не стал, дав мне возможность в полной мере почувствовать себя главной. Платье окрасилось пурпурным, радуя глаз.
— Я говорил, что ты красивая?
Я вылупилась на него, не зная, что и сказать, от чего оттенок платья стал более блеклый.
— Правда, красивая, — он поднес мою ладонь к губам и снова поцеловал ее.
Ужин прошел тихо. Дин не стал далеко отсаживаться от меня, а наоборот — устроился так, чтобы и дальше не выпускать моей руки. Мы еще немного выпили, и даже посмеялись.
Дин рассказал, как проходил обряд у Лиз, вернее подготовка у нему. Его дочь очень волновалась, поэтому упросила его покачать ее немного на руках и спеть ей любимую колыбельную. А ее будущий муж, застав их в подобном виде, бросил Дину вызов и хотел разорвать помолвку, не разобравшись в том, кем является Дин его будущей жене. Хорошо, что все завершилось благополучно, и Лиз потом блистала в золоченном платье во время обряда и после на банкете в честь свадьбы.
