Кийя и Кинджал на шаг отступили. От внезапного гнева принцессы земля задрожала, а небо потемнело. Звёзды в её глазах стали кроваво-красными, и грива вздыбилась сотнями ножей. Она щёлкнула острыми зубами.
– В каждом из нас есть и хорошее, и плохое. И судить о любом надо по поступкам, а не по происхождению!
Перед гневом принцессы все съёжились. Удивительно, как быстро она превратилась из нежной в пугающую.
– Но, принцесса! – умоляла генерал. – Я всего лишь пыталась защитить наше Царство. Особенно ввиду этих ужасных разрушений, что происходят сейчас. Мне очень жаль!
Принцесса Пакхирадж вернула свои крылья в обычное спокойное положение, изучая генерала мудрыми глазами. Земля перестала трястись, и солнце снова осветило небо. Наконец она мягко тряхнула гривой, а её глаза опять стали цвета спокойного ночного неба.
– Это не у меня вы должны просить прощения! За свои предрассудки вам надо извиниться перед этими жеребятами!
Гхора топнула копытом, явно не желая выполнять просьбу принцессы. Но, когда принцесса Пакхирадж шагнула в сторону генерала с недовольным видом, генерал Гхора преклонила одно колено перед двойняшками:
– Я прошу у вас прощения. Вы чужаки на наших землях, а я обошлась с вами жестоко.
Кийя и Кинджал уставились друг на друга. Судя по тому, как сжались губы девочки, она была не в настроении извинять и забывать. Кинджалу тоже не слишком хотелось прощать генерала, но он понимал, что иначе они нанесут принцессе оскорбление. Он сделал полупоклон-полукивок:
– Мы принимаем ваше извинение.
Казалось, все выдохнули с облегчением. Принцесса Пакхирадж, Снежок и Раат выглядели довольными. Только Кийя казалась рассерженной, недоверчиво глядя на генерала. Не поднимая головы, Гхора собрала своих солдат и, получив кивок-разрешение от принцессы Пакхирадж, улетела с ними прочь.
Наконец, когда генерал и все её солдаты исчезли, двойняшки и Шипучка остались лицом к лицу только с Раатом и Снежком и, конечно, с их принцессой.
– Спасибо вам за спасение Шипучки, принцесса, – снова поблагодарила Кийя, пока собака – летающая лошадь радостно носилась от брата к сестре, облизывая их лица и самозабвенно сверкая зубами.
– Боюсь, сейчас мы должны просить вас о помощи, – серьёзно сказала принцесса Пакхирадж.
– Как мы можем помочь
– Идёмте, дорогие мои. Я покажу вам. – Принцесса Пакхирадж подвела двойняшек к краю кристально чистого озера, под водами которого они только что были в заключении. Взмахнув крыльями и встряхнув гривой, она превратила водную поверхность в зеркало-экран.
– Волшебный телевизор! – воскликнул Кинджал, наклонившись, чтобы заглянуть в него.
Кийя была впечатлена.
– Как вы это сделали?
– Иногда трудно поверить даже в то волшебство, которое видишь собственными глазами, – сказала принцесса, и Кийя слегка смутилась.
Принцесса Пакхирадж кивнула на то, что показывал озёрный экран.
– Небесное Царство – прекрасная страна, полная цветов и деревьев, рек и ручьёв.
– Она восхитительна, – согласился Кинджал, глядя на зелёные растения, яркие цветы, водопады и рождающиеся из них стремительные реки, о которых говорила принцесса.
– Но мы видели, что кое-где природа умирает, – заметила Кийя. – Экосистема разрушается.
Кинджал подумал, что сестра хочет показаться принцессе хорошим наблюдателем и скрупулёзным учёным.
– Ты права, дорогая, – сказала принцесса. – Мы не до конца понимаем почему, но пчёлы в нашем царстве начали вымирать, а это приводит к гибели цветов и деревьев. Наши зелёные просторы увядают.
Картинки в озере-экране тоже стали другими: появились засохшие деревья и русла рек, умирающие животные и насекомые.
– Это ужасно! Кто может за этим стоять? – спросил Кинджал, а Шипучка, словно соглашаясь с ним заскулила, опустив хвост и радужные крылья.
– Неизвестно, но мы точно знаем – если все пчёлы погибнут… – Голос принцессы прервался, и она замолчала; её глаза заблестели от непролитых слёз.
– Эти пчёлы дают особый мёд, который жизненно важен нам, пакхираджам, – объяснил Раат, когда принцесса Пакхирадж отвернулась, тихо всхлипнув.
– Без пчёл Небесное Царство сгинет, а без их нектара сгинем и мы, – мрачно добавил Снежок.
– Простите нам эти эмоции, жеребята, но я переживаю за свою семью – пакхираджей,– сказала принцесса Пакхирадж.– И не только за них. Мы, пакхираджи, погибнем без пчёл, но погибнут и раккоши[2] в Запредельном Царстве и даже в Царстве демонов.
– Раккоши? – переспросил Кинджал. Где он слышал это слово раньше? Может быть, в одной из сказок Па?
– Представьте себе, ребята, – сказала принцесса. – Ведь раккоши хранят свои души в одном из видов пчёл.
– Значит, если пчёлы, производящие нектар, умрут, то умрут и пакхираджи? – уточнила Кийя, достав из кармана пижамы блокнот с огрызком карандаша и делая пометки. – А если умрут пчёлы, хранящие душу, то умрут и все раккоши?
Принцесса Пакхирадж печально тряхнула гривой.
