Кинджал чувствовал холодный ужас и скуку, исходящие от монстра с нечёткими очертаниями. Чем ближе он был, тем сильнее цепенели чувства. Да какое это имеет значение? И что вообще имеет значение?
– Вот именно! Сдавайтесь! – прорычал Шеша. – Ничто не имеет значения: ни пчёлы, ни деревья, ни реки – ничто! О них так трудно заботиться! Почему бы вам просто не остановиться? Что вы можете сделать? Ничего не изменить! Лучше сдавайтесь.
Голос Змеиного царя убаюкивал Кинджала, погружая в безразличное состояние. Но тут сестра сделала то, что у неё получалось лучше всего. Она накричала на него.
– Не сдавайся! – закричала она. – Ты сказал, мы должны остановить монстра – так сделай это!
Кинджал встряхнулся, голос сестры бесил его, но в то же время заставлял волноваться.
– Нам не всё равно! Потому что это и наша земля тоже! Из-за тебя мы этого не знали, но мы принадлежим этому месту, и всё здесь принадлежит нам!
– О чём это ты? – усмехнулся Шеша.
– У вас есть целое цветущее дерево чампака. Нам нужен всего один цветок, чтобы спасти птиц, пчёл, землю, деревья, – сказала Кийя.
– Только один. А не семь, как братьев Чампака! – крикнул Кинджал, оскалившись.
– Что ты сказал?! – рявкнул Шеша, уставившись в лицо Кинджала. – Почему ты упомянул семерых братьев Чампака? Минутку, как вы назвались?
– Никак, – сказала Кийя, высунув язык, и брат опять ощутил гордость за неё.
Кинджал не мог не думать, что это тот самый гад, который вынудил их отца покинуть своё царство и трон. Он помнил, с какой грустью папа всегда говорил об оставленном доме. И вот он, тот змей, что лишил папу, а значит, и их самих, идентичности, семьи, страны, всей их истории.
– Мы дети принца Арко, старшего из семи братьев Чампака! – гордо сказал Кинджал.
Когда он произнёс эти слова, его сердце наполнили любовь и чувство сопричастности. Шипучка, которая с каждой секундой стояла всё твёрже, одобрительно гавкнула.
– А наша мать, Индрани, волшебница! – воскликнула Кийя, полная силы и гордости.
Стоило только словам слететь с языка, как детей охватило чувство сопричастности этой земле, а облачная муть Великого Вздора начала рассеиваться, его хаотическая чудовищность с каждым мгновением слабела.
Шеша резко выпрямился на своём троне.
– Я знал это! – бросил он. – Что ж, гордитесь, что вы дети своего отца, но не постигнет ли вас та же участь, что была уготована ему?
Затем, без предупреждения, Шеша метнул зелёную молнию в Кинджала, а другую – в Кийю! Кинджал инстинктивно встретил разряд струёй воды из своих ладоней. Столкнувшись с огненно-зелёной энергией, вода стала паром. Он уставился на свои руки. Минутку, Туни же не произносил никаких волшебных слов; как это вышло?
– Как ты это сделал?! – одновременно воскликнули Кийя и злобный Царь змей Шеша.
– Не знаю! – крикнул в ответ Кинджал. – Видимо, сила волшебных слов Туни ещё витает в воздухе. Попробуй-ка потрясти землю! – обратился он к сестре.
Кийя положила руки на пол, и земля под их ногами сотряслась так, что Шеша потерял равновесие и его новые молнии прошли мимо цели.
Выведенный из себя змей, которому только что спутали карты двое десятилетних детей, – зрелище неприятное: глаза Шеши вылезли из орбит, у него изо рта пошла пена, и он выкрикивал такие мерзости, что их нельзя повторить в этой книге. Достаточно сказать, что, произнеси такое Кийя и Кинджал, у них дома были бы серьёзные неприятности. Некоторые из слов они и вовсе не поняли.
– Я хотел лишь поймать вас в ловушку из молний, но вы всё испортили, и теперь я вас просто убью! – заорал Шеша.
Придворные улюлюкали и скандировали, как будто за последние сто лет не видели ничего лучше.
Кинджал посмотрел на Кийю, а Кийя посмотрела на Кинджала. Они не знали, как долго будет действовать волшебство Туни. Сколько ещё они смогут стрелять водой и сотрясать землю? Что ж, они будут делать это, пока смогут. Потянувшись, они взялись за руки. Верная Шипучка зарычала, встав между ними, и даже трусишка Туни сжал концы крыльев, как боксёр.
– Всё связано со всем! – крикнули двойняшки почти одновременно.
И волшебные слова наполнили их силой. Они были связаны сами с собой, друг с другом и со своей семьёй. А ещё с животными, с землёй, водой и небом. Связаны с теми, кто был до них, и с теми, кто придёт после них. С наукой, с фактами и истиной. С желаниями, мечтами и вымыслами.
И эта забота, эти связи помогут им победить любое зло.
По крайней мере они на это надеялись.
Тем временем самые крупные члены их команды – Раат и Снежок – проснулись, оглушительно фыркая и тряся гривами.
– Я ошибся! – взвыл царь Шеша. – Убей их, сын мой! Прикончи!
Но на этот раз семиглавый змей был слишком далеко от Раата и Снежка. Пронзительно заржав, кони бросились к трону с невероятной яростью и скоростью.
– Вам не одолеть меня, вонючие лошади! – Глаза Шеши из зелёных стали ярко-красными, он брызгал слюной и полностью потерял всякий контроль над собой. – Я убью вас и ваших мелких приятелей!
– Не в мою смену, змеюка! – Копыта Снежка опустились прямо на трон Шеши, от чего тот раскололся надвое.
